|
Я перепробовал все, но ничего не получается. Поэтому решил отпустить тебя. Когда мы приедем в Англию, я не вернусь домой. Знаешь, у Чарли в Лондоне есть квартира, он иногда останавливается там на неделе? Так вот, вчера я ему позвонил, и он разрешил мне пожить у него столько, сколько нужно. Думаю, для начала нам лучше месяц вообще не видеться, а потом можем пообедать вместе и решить, что делать с домом и как начать официальный процесс.
Маркус выдавил на руку остатки солнцезащитного крема и намазал ногу. Он опустил голову. Взглянуть на Салли было выше его сил. – Ничего не говори, – сказал он. Она чувствовала, что сохранять нейтральный тон стоит ему больших усилий. – Если я тебе сегодня понадоблюсь, буду на пляже. – Маркус… – Ничего не говори, – повторил он. – Подожди пару минут. Он взял пляжное полотенце и вышел.
С балкона Салли видела, как муж шагает по тропинке к пляжу, и внезапно ей почудилось, будто она видит его в последний раз в жизни. Чем дальше он уходил, тем больше казался призраком. Сгусток раскаленного воздуха над горячей землей размывал контуры его фигуры, делая похожим на образ, увиденный сквозь слезы. О боже. Что же произошло? Салли чувствовала, что глаза и вправду наполняются слезами. Что же произошло? Он дал ей все, чего она хотела, – вот что произошло. Предложил расторгнуть отношения, да так, что даже не придется прощаться с гардеробной комнатой. Избавил от унижающей необходимости признаться, что захотела другого мужчину. Она должна быть рада. Он отпер дверцу клетки и показал, куда лететь. Тогда отчего ей так не по себе? Должно быть, это неизбежно. Ведь она так и не разлюбила его. И предложив ей выход так достойно, так по-джентльменски, он лишил ее возможности оправдываться. Ей не на что злиться, нет причин, по которым без него было бы лучше. Теперь она не сможет появиться на пороге у Виктории и выпалить: «Этот подонок меня вышвырнул». И от этого угрызения совести стали еще сильнее. Расставаясь с ней, он повел себя так же, как всегда, с первого дня их отношений. Спокойно, честно и справедливо. Потому что был спокойным, честным и справедливым человеком. – О боже, Маркус! – Салли была в шоке. Но он уже был слишком далеко и не услышал ее окрика.
55
Выйдя из комнаты Акселя, Кэрри Эн не пошла сразу в номер. Она направилась к наблюдательному пункту вверху пляжной тропинки, чтобы посмотреть, как солнце медленно поднимается над водой и немного продлить непривычное ощущение безмятежности, которое переполняло ее в то утро. Меньше всего ей хотелось возвращаться в комнату и подвергать себя издевкам и допросу о прошедшей ночи страсти. Она еще не решила, скажет ли Яслин и Речел правду. Ведь на кону пятьдесят евро. Бедолага Аксель. И все же Кэрри Эн была удивлена и немного разочарована, когда Речел протопала мимо и даже не пожелала доброго утра. Панама была надвинута по самый нос. Кэрри Эн предполагала (и надеялась), что Речел просто не заметила ее на скамейке. Через полчаса мимо прошла и Яслин. С таким же рассеянным видом. – Доброе утро, – намеренно громко произнесла Кэрри Эн, когда Яслин почти повернулась к ней спиной. – О, привет, – сказала Яслин. – Вот, иду покататься на серфинге, пока народу не набежало, – добавила она и ушла. – И тебе всего хорошего, – пробурчала Кэрри Эн. Что стряслось с ее подружками? Кэрри Эн перегнулась через деревянный барьер, установленный специально для туристов, которым не терпелось попасть на пляж коротким путем. Она с любопытством наблюдала, как Яслин невозмутимо продефилировала мимо Речел на пути к будке инструктора по водным видам спорта. |
