Дыхание Круговерти образовывалось от процесса медленного расщепления миров, попавших в нее. Чем дальше вглубь уходили исследователи, тем более сильное давление они на себе испытывали.

Чтобы как-то систематизировать, облегчив тем самым ориентирование, Круговерть делили на кольца. Преддверие — это самое начало, фон здесь был практически естественным, а далее по возрастанию.

Первое и второе «шерстили» слабаки и новички, зарабатывая на кусок хлеба. На третье и четвертое кольца ходили уже опытные исследователи, хоть и не достигшие каких-то особых высот в личной силе. Пятое, шестое и седьмое — для опытных и достаточно сильных существ. Начиная с восьмого, любой разумный, не достигший трансцендентности, погибнет, не выдержав фона.

Что было дальше — личная тайна организаций и сплоченных групп исследователей, а также предмет многочисленных баек, сказок и слухов.

Так называемые «артефакты» — предметы, рожденные сплавом случайных сочетаний полурасщепленных материалов под энергетическим давлением Круговерти.

— Как ты можешь понимать, чем глубже кольцо, тем сильнее давление и тем более ценные артефакты можно там найти, — рассказ Эрли подходил к концу. — Как правило, они представляют собой фрагменты трансцендентных материалов, из которых потом артефакторы делают очень мощные и еще более дорогие вещи. Но бывают и готовые к применению предметы.

— Интригует, — подумал вслух Артем. — А насколько дороги, допустим, артефакты из колец, куда могут пройти лишь трансцендентные существа?

— Из рассказов о твоем мире… — Эрли скорчила задумчивое личико. — Я бы сказала, что Орден порталистов Гегемона продаст координаты и исключительные права на владение планеткой, подобной твоей Земле, за один артефакт с девятого круга. И это будет завышенная цена, ведь эта дыра никому не нужна.

— Чего-о-о? — протянул игрок. Ему пришло в голову, что он мог бы стать властителем родного мира.

— Ты недооцениваешь опасности, которые подстерегают в Круговерти, — недовольно заметила леди. — Разделение на кольца условно. Может ударить так, что даже трансцендетный адепт погибнет где-нибудь на шестом.

— Я понял тебя, — кивнул молодой человек. — Недооценка равна смерти.

— Часто Круговерть сравнивают с живым существом. Опытные исследователи всегда говорят, что тому, кто не относится к ней с должным почтением, не выжить, — продолжала Эрли: — и как только ты там окажешься, ты поймёшь почему. «Дыхание круговерти» — потому что давление не статично… оно будто пульсирует, проходя через тебя. Это надо ощутить самому.

— А что там, дальше? — спросил Артем. — На десятом и глубже… Да и сколько всего колец?

— Там происходят невероятные вещи, — нахмурилась наставница. — Но, поверь мне, никто не вспоминает их с доброй улыбкой на лице. А сколько всего колец неизвестно и мне.

Зависла гнетущая тишина. Возможно, он заставил вспомнить леди какой-то неприятный личный опыт.

— Полученные в бездне артефакты… куда они идут потом? — он решил хоть как-то перевести тему. — Их скупают артефакторы?

— Что попроще, например, типовые, скупаются разными артефакторами-одиночками, производственными организациями или оптом Гегемонами, — давала ответы Эрли. — За чем-то более редким идет настоящая охота. Были случаи, когда за очень сильный артефакт устраивали войны целые миры. Даже религиозные организации из своих миров, несмотря на свое презрение к «выкормышам вездесущей», считают незазорным торговать.

— Хм-м, а можешь описать свойства действительно ценного артефакта? — продолжал сыпать вопросами Артём.