|
Может, только Клетчатого. Значит, будет множество пленных. Не очень хороший план, но он может сработать.
Его план имеет некоторое сходство с моим. Наибольшую поддержку он получает от фермеров.
– Они даже свалили несколько охраняемых каробов! – говорит фермер Хакон. – Стивленд, деревьям все это не нравится, правильно?
Вот мой шанс.
«Не нравится. И тюльпаны злятся. И ананасы. Хлопок. Пщеница. Чечевица. И остальные. Они привыкли к уважению и заботе, но понимают, что их союзные животные подверглись нападению. Прямо сейчас мне жалуется семенной картофель, посаженный на песчаной речной низине: его собирают до того, как он успел создать новое поколение».
– Наш картофель! – восклицает Хакон.
«Растения жалуются, – продолжаю я, – но они не могут действовать. А мы действовать можем. У меня есть предложение. Оно не слишком отличается от того, что придумали охотники. Перед атакой нам надо вывести стекловаров из строя, добавив в их пищу вещества, вызывающие ступор. Полагаю, что смогу убедить другие растения это сделать. Когда стекловары будут беспомощны, нам надо забрать у них оружие и имущество. Тогда для выживания они вынуждены будут сотрудничать с нами, а мы обучим их вести себя цивилизованно. Я рассматриваю это как одомашнивание стекловаров, точно такое же, как ваше одомашнивание фиппольвов».
Молчание. Наконец, кто-то говорит:
– Но стекловары воняют.
Хохот.
«Они мылись, когда жили здесь», – говорю я, вызывая новые взрывы хохота, хотя это замечание было произведено не корнем юмора.
– Сотрудничать? – переспрашивает Хакон. – Они будут сотрудничать до тех пор, пока не получат то, чем нас всех можно будет прикончить.
«Это потребует много времени и внимания, – отвечаю я, – однако результат станет невероятно полезным для всех нас».
– Вещества, вызывающие ступор, – негромко говорит Мари. – Это очень сложное соединение.
Она права. Я на это замечание не отвечаю.
– А почему бы их просто не отравить? – осведомляется Хакон.
Мари смотрит на него с гневом, а потом переводит такой же взгляд на Ориона.
– Мы уже поставили целью сосуществование, – медленно произносит она.
Все замирают.
Наконец Сосна недоверчиво говорит:
– То есть мы отправляем их в обморок и забираем у них оружие.
«Мы забираем все, – уточняю я. – Одежду, корзины, шатры. До этого момента мы реагировали сдержанно. Они увидят, что мы не хотим им вредить, но заставим их сотрудничать».
– А может, они не захотят сотрудничать, – говорит Орион.
«Я согласен, что план не лишен риска, – говорю я. – В его основе – постепенное установление взаимного доверия и сотрудничества путем навязанного ненасилия. Потребуется немало терпения и усилий, чтобы заставить их дружить. По сути, мы рекрутируем симбионта. – Молчание. Я добавляю в качестве ободрения: – Растения часто так делают в отношении животных».
– Давайте все обговорим поэтапно, – предлагает Люсиль.
Она заинтересована – и ее интерес заразит других. Этот план отличается от той процедуры, с помощью которой я приманил людей из их старого поселка в этот город, однако основа остается той же. Мы должны вознаграждать должное поведение, пока оно не превратится в естественное.
Мы обсудили примерно половину вопросов, когда я получаю сообщение о том, что стекловары движутся. Часовые со стен дают то же предупреждение почти сразу же. Идет весь состав основных – все сорок, – и направлением, похоже, служит источник городской воды. |