Сдав аэролёт старому экипажу, а одну из девиц в штаб следственной группы, Николай вместе с Катериной наконец-то поехал в особняк Сальской, где стал свидетелем трогательной встречи сестёр.

Лиза, уже переодетая в приличное платье, вылетела из дома словно снаряд, и едва не сбив Николая, повисла на шее Екатерины.

— Вас я смотрю можно поздравить? — Муромцев, тоже вышедший навстречу, с улыбкой кивнул на орден всё ещё висевший на штатском пиджаке Николая.

— Да, вот как-то так. — Боярич качнул головой. — Всё хорошо, что хорошо закончилось.

— Да, концовка могла быть и не такой благостной. — Виктор Афанасьевич, улыбнулся. — Но, кто не рискует, тот не звенит орденами.

Они прошли в дом, где уже накрывали на стол и отпустив Катерину приводить себя в порядок с дороги, мужчины сели за столик, где стояло вино и лёгкая закуска.

— Ну, давайте боярич, за успешное окончание сего дела. А я грешным делом уже думал, что вас не увижу. Григорий конечно уже изрядно попортил кровь всему семейству, но, чтобы вот так, открытым судом…

— Делай что должно, и будь что будет. — Николай поднял бокал и чуть коснувшись бокала Муромцева, сделал осторожный глоток. — Вариантов-то у меня всё одно не было. Кончать князя прямо там, на месте, вот этого мне бы точно не простили. А просто повернуться и уйти… Ну так это совсем против чести и совести. Вам-то что-то отложилось от этой истории?

— А как же! — Виктор Афанасьевич усмехнулся. — Следующим чином не порадовали, ну так там уже генерала давать нужно, но орден «За боевые заслуги» с мечами, дали. А это и прибавка к жалованию, и вообще вполне почётная награда. Кстати, если нужно, здесь в Ялте ателье Соломона Розенталя. На всём южном побережье первейший мастер. Даже из Севастополя сюда приезжают строить мундир. Если соберётесь посетить Офицерское Собрание, это просто необходимо.

— Да какой из меня офицер Виктор Афанасьевич. — Николай взмахнул рукой. — В войсках ни дня не отслужил. Даже отделением не командовал.

— А свитские? — Муромцев усмехнулся. — А те, кто по интендантской части, или по финансовой? Армия, мой друг большая. И в ней не только строевые офицеры служат. Строевикам конечно почёт особый, ну так и ни одна строевая часть без снабжения не воюет. А вы, извините вполне себе строевой. Руку-то не в постели повредили.

— Да, дура одна. Палить вздумала. — Николай вздохнул. — Вот и подстрелила. Надо было её машину сразу таранить, а я свой Спайкер пожалел.

— Да уже разошлась та история по нашей канцелярии. — Виктор Афанасьевич рассмеялся. — Славно вы генштабу и сыскной полиции нос утёрли. Ну а теперь всё. Никаких перестрелок и погонь на ближайшие полтора месяца. Мне про то князь Орлов особым образом наказал. Будете лечить руку, гулять в приятных местах, и вести светские беседы с не менее приятными дамами. — Он обернулся на звук шагов от двери. — А вот и они. — Он благосклонно посмотрел на Катерину и Лизу, чинно входивших в зал и встал. — Дамы, прошу к столу. Как говорили во времена моей беспокойной юности — лучше поздний ужин чем никакого.

Катерина, что была тиха словно мышка, вместе с сестрой на второй день переехала в гостиницу, куда собирали всех свидетелей, а Николай наконец-то занялся своей рукой.

Посетив госпиталь, получил последовательно, головомойку от профессора Вишневского, от него же список процедур, и рекомендацию полностью исключить из списка дел перестрелки и погони.