— И как там зовут этого лихого побивателя бандитов? — Трепов раскрыл блокнот, и взял в руки ручку.

— Боярич Белоусов Николай Александрович.

— Занятно. — Московский градоначальник, с задумчивым лицом подкрутил ус разглядывая фамилию которую сам же написал в блокноте. — Я уже слышал это имя, и причём от своего шофёра. Велимир рассказал мне о некоем молодом человеке, который настолько близко к сердцу воспринял беду одной девицы, что разрешил все её проблемы, потратив изрядную сумму. — Интересный юноша. — Медленно проговорил полицейский генерал. — Ну, продолжайте, что ещё там у вас?

Возня с полицейскими протоколами и очными ставками заняла Николая до самого утра, а уже в шесть часов, в кабинет ворвался адвокат Дворянского Общества, и потребовал немедленного освобождения боярича Белоусова, так как по уложению 1803 года, задерживать дворянина на срок более трёх часов, без санкции городского прокурора воспрещалось.

К этому моменту, Николай уже успел коротко сойтись со следователем, и не дожидаясь его ответа, сам встал на защиту полиции.

— Но позвольте, уважаемый господин Ульянов. Никто и не думал меня, как вы выражаетесь, задерживать. Мало, того, только что мы с уважаемым господином участковым приставом вернулись с завтрака, которым он меня угостил в ближайшем трактире. Так что моё пребывание здесь, есть проявление гражданского долга, и искреннего желания помочь в расследовании.

— Я бы на вашем месте, не доверял так безоглядно полицейским чинам, молодой человек. Адвокат смешно картавил, и Николаю едва удалось справиться с собой и не улыбнуться.

— Каждый из нас, на своём месте. Но вы можете не беспокоиться Владимир Ильич. Ваши хлопоты будут оплачены. Сегодня же я отправлю полную сумму гонорара за разовый вызов.

Недовольный адвокат замер на мгновение, а затем коротко кивнул.

— Тогда позвольте мне откланяться. — И оставив на всякий случай визитку, вышел.

— Скандалист. — Прокомментировал следователь явление адвоката. — Вечно у него проблемы с нашей коллегией. Батюшка у него действительный статский советник, а брат — видный химик, в прошлом году имел счастье быть представленным государю, как один из лучших учёных империи, а этот… Но кстати мы уже закончили, Николай Александрович. — Следователь положил перед Николаем пачку листов и ручку. Ознакомьтесь и распишитесь. Между прочим, звонили из канцелярии самого обер-полицмейстера Трепова. Очень интересовались этим делом и вашей ролью в нём. Так что советую ещё недельку побыть в столице. Сюрпризы бывают не только неприятные.

— Да я в общем и не собирался. — Николай стал быстро просматривать протокол. — Наметил для себя поступление в Технологический, на факультет силовых машин и агрегатов.

— Да, инженеров в империи не хватает. — Со вдохом подтвердил следователь. — Но на всякий случай, возьмите вот телефон приёмной комиссии Императорской полицейской школы. После её окончания присваивается первый чин — губернский секретарь, что соответствует армейскому поручику. А с вашими данными, полагаю, карьера будет блестящей.

Михалыч терпеливо ждал на улице, пока Николай выйдет. Он уже разузнал от бывших сослуживцев все детали происшествия, и решив для себя, что его воспитанник поступил правильно, теперь раздумывал о том, как об этом сообщить Белоусову — старшему.

Увидев воспитанника выходившего из дверей управления, он молча кивнул ему на машину, и дождавшись, когда таксомотор тронется, коротко скомандовал:

— Рассказывай.