— Ну в общем такое обвинение, уже достаточный повод для того, чтобы пустить пулю в лоб господину прапорщику. — Спокойно прокомментировал Белоусов. — Но я в свою очередь предлагаю спор, вместо поединка. Жизни наши всё равно принадлежат отечеству, а вот спор — дело личное.

— И какой же спор может быть достойной заменой дуэли? — Штабс-капитан вполне ожидаемо заинтересовался так как дуэли в гвардейских полках крайне нервировали командование, и все причастные могли иметь неприятности по службе.

— Показательный рукопашный бой, с тремя любыми гвардейцами Сварожского полка, стрельба на меткость и на время, учебный бой на белом оружии до первой крови. Да хоть соревнование в беге с полной выкладкой, на десять вёрст. Полагаю, гвардейцу столичного полка нет повода стыдиться своей воинской выучки?

Теперь казачий ротмистр ухмыльнулся вполне открыто, и с вызовом посмотрел на поскучневшего гвардейца. Ни для кого не было секретом, что столичные гвардейцы, хоть и отличались высокой стойкостью в бою, и лихостью в атаках, мирное время проводили не в учёбе и тренировках, а в застольях и ухаживаниях за дамами.

— И, господин штабс-капитан, я мог бы предложить Сварожскому полку, выставить своего лучшего стрелка, но тогда, боюсь конфуз будет не скрыть.

— Вы так уверены в победе? — Штабс-капитан нахмурился, сведя кустистые брови к переносице и несколько нервно погладил навершие шашки украшенной двуцветным жёлто-чёрным темляком ордена Воинской Славы.

— Первый пистолет, я получил в подарок в шесть лет. — Коротко ответил Николай.

Гвардеец уже хотел что-то сказать, когда ротмистр коротко кивнул.

— Хорошо господин поручик. Мы поняли вашу позицию, и дадим вам знать.

— Честь имею. — Белоусов откозырял, и развернувшись вышел.

Когда двери закрылись, ротмистр поднял взгляд на штабс-капитана, и покачал головой.

— Надо же. Ваш прапорщик исключительно неудачно выбрал объект для ссоры.

— Это отчего же? — Штабс-капитан вскинулся.

— Это же сын полковника Белоусова. — Пояснил казак. — Семья потомственных пластунов с трёхсотпятидесятилетней историей. Кроме того, поручик уже отметился взятием известной московской банды налётчиков, убил голыми руками четверых варнаков в тюрьме Следственного управления, и положил в перестрелке с бандитами более тридцати человек. — Ротмистр усмехнулся. — Заметили на груди маленький значок? Это знак за успешное окончание учебного цикла монастыря боевого братства Георгия — Победоносца. Золотого достоинства, заметьте. Таковых за всю историю братства едва ли три десятка наберётся. И это, в восемнадцать лет… Так что, если желаете избавиться от прапорщика Михайлова, можете настоять на дуэли. Хотя, если позволите, дам вам совет, воспользоваться предложением поручика, и провести учебный поединок. Так заодно и стимулируете к учёбе молодых офицеров, и сможете подтянуть дисциплину.

— Вы так верите его словам? — Штабс-капитан снова нахмурился. — А ежели дело обстоит именно так, как говорил прапорщик? Мы ведь ещё не поинтересовались мнением самой княжны Долгорукой.

— Ну посудите сами. Княжна уединяется с поручиком в беседке, явно чтобы обсудить что-то важное. И любую помеху в разговоре посчитает оскорблением себе лично. А, следовательно, даст такое объяснение инциденту, что вашему офицеру будет лучше самому застрелиться. Так что я бы не советовал. И вот ещё. У Белоусова младшего, была прескверная репутация человека, который сначала спускает курок, а только после думает. Братство конечно изменило его, но вот насколько сильно — большой вопрос. Так что если у прапорщика вдруг найдутся подражатели, то гвардию ждут серьёзные потери в личном составе.