— Их что, из стрелкотни обстреливали? — спросил Михаил (механик, один из тех, кто вытаскивал меня из коптера).

Контролёр нахмурился и не ответил. Вместо этого он пошарил фонариком по стене дока. Метрах в двадцати от носа аппарата обнаружилась лестница, ведущая наверх. Она представляла собой ряд узких, ржавых и довольно скользких на вид железных скоб, утопленных в неглубокой нише.

— Надо сдать вперёд, — сказал он.

— Сделаем, — кивнул Степан и направился к уже задраенному люку в рубке.

— Швартоваться негде… — заметил Михаил.

— Ничего. Всё равно придётся систему самоуничтожения активировать, — ответил контролёр.

— И то верно… кстати, вода-то отсюда убывает. И это странно. Похоже, док под давлением. Мы же ниже уровня моря. Причём давление растёт, — спокойно добавил Михаил.

— Отставить самоуничтожение, — сказал Игорь Сергеевич. — Ты уже активировал?

— Нет, — ответил Степан, который не успел дойти до люка. — Для начала отойти надо. Хотя бы за пределы объекта.

Контролёр одобрительно кивнул.

— Ясно. В общем, тогда план такой: осматриваемся. Фиксируем для последующего анализа всё, что увидим. Ищем выход. Если есть шлюз — прекрасно, если нет — готовимся отступать.

— Принято, шеф, — сказал Степан.

Если честно, я бы предпочёл не подниматься по этому трапу. Поскользнуться и оказаться в воде, среди всех этих железяк? Б-р-р-р! Я и без того чувствовал себя букашкой в старом сливном бачке. Не самое приятное ощущение, должен сказать.

Но предложить подождать на месте у меня язык не повернулся. Да и, чего уж там, любопытно было. Этот корабль интриговал. Было в нём что-то странно притягательное… может, удастся сердце добыть?

Поэтому я стиснул зубы и двинулся наверх вслед за контролёром. Ниже меня карабкался Степан, который последним покинул палубу аппарата.

Бетон наверху был влажным и скользким, будто покрытым какой-то слизью. Это было довольно неприятно. Я отошёл подальше от края и как мог отряхнулся.

Отсюда было видно надстройку корабля и часть палубы. Определённо, он был военным: трубы, расположенные вдоль борта, здорово походили то ли на торпедные аппараты, то ли на пусковые установки каких-то ракет. Сама надстройка была приземистой, с ровными скошенными краями. Никаких иллюминаторов по бортам не было, только квадратные окна на ходовом, наверху.

Между краем дока и палубой корабля было метров восемь. С разбега не перепрыгнешь. «Но как-то же на него люди попадали?» — подумал я, пытаясь взглядом найти проход. Остро не хватало собственного фонарика.

Будто в ответ на мои мысли, Степан осветил корпус корабля и повёл лучом вдоль него. Я обратил внимание, как туго натянуты были швартовы. Кажется, кнехт на краю дока даже немного покосился… наверно, и правда уровень воды постепенно уменьшался. Если так продолжится и дальше — то или швартовы порвутся, или кнехты вырвет.

— Можно перелезть, — сказал навигатор, — тут недалеко.