Ещё один взгляд мне в глаза, как бы невзначай. Оценил откровенность, нет? Я продолжал сидеть с каменным лицом.

— Он должен был убить тебя там, на шоссе. Подстроить несчастный случай. Их учат таким вещам. Но ты оказался неожиданно более… шустрым. Первоначальный план провалился, с одного удара решить вопрос не удалось и ему пришлось отступить… что было с ним дальше ты знаешь лучше меня…

Тщательно просчитанный короткий вздох.

— Зачем? — спросил я.

— По заданию организации, которую я представляю, — ответил Игорь Сергеевич.

— Что за организация?

— Ты ведь уже понял, что мир устроен… несколько сложнее, чем представляется обычным людям, так?

— Допустим.

— Кроме Ступеней, есть ещё Ветви, Гнёзда, Круги… много всего, поверь. И всё это должно работать так, чтобы сохранялся баланс, который даёт нашему миру спокойно развиваться.

— Спокойно? — горько усмехнулся я.

— Войны и конфликты — это естественная часть развития. Всё циклично: гонки вооружений толкают науку, те — производственные силы, те — возможности формирования других стандартов жизни… Под спокойствием я понимал совсем другое, думаю, ты понимаешь. Наш уютный мир находится в океане таких сил, о которых простые смертные предпочитают не думать. И вот для того, чтобы эти силы нас не особо замечали, нужны такие, как я.

— Что-то вроде всесильной инквизиции? — не без иронии спросил я.

— Мы предпочитаем термин контролёры, — поморщился Игорь Сергеевич. — Так проще и понятнее.

— Зачем вам понадобилось меня убивать? — спросил я.

Игорь Сергеевич выдержал паузу, правда, в этот раз обошёлся без проникновенных взглядов.

— Прежде, чем ответить на этот вопрос, мне нужно рассказать ещё кое-что о тебе, — сказал он. — Это может быть не просто эмоционально.

Я невольно рассмеялся. Эмоционально? После всего, что со мной произошло за это время? Он серьёзно?

— Твой отец был необычным человеком, — начал он, игнорируя мой смех.

— Знаю, — ответил я, осёкшись.

— Знаешь? — кажется, Игорь Сергеевич искренне удивился.

— Он очень добрый был… — тихо сказал я. — Большая редкость по нашим временам…

— А-а-а, в этом смысле… н-н-да… — Он потёр подбородок, — вероятно, он стал таким в светской жизни. Но ты должен знать, что в его биографии были разные периоды. И прожил он больше трёхсот лет.

Я скептически усмехнулся.

— Он был Оракулом Алой Ступени, — продолжал Игорь Сергеевич, — и не должен был заводить семью. Совсем. Этого требовала его присяга.

Он снова посмотрел мне в глаза. Отрыто, будто специально хотел удостовериться, что я полностью понимаю его откровенность.

— Продолжайте, — сказал я.

— Как обычно бывает в таких ситуациях, вмешались чувства, — вздохнул контролёр, — твои родители сильно полюбили друг друга. И твоя мама очень сильно хотела ребёнка. Настолько сильно, что была готова забыть твоего папу и пытаться найти другое счастье… возможно, так было бы лучше для всех…

— Кроме меня.