Мы, болотные, готовы вернуть сердца Лукоморам, только не можем до Дворца добраться. Сидим в этом трактире, спиваемся чаем в присядку, ждём Пришельца. Есть ещё одна тайна на болоте, кроме Сокровища Лукоморов хранит болото и такую Тайну, про которую сами Демоны не ведают.

И Черномор поведал мне Великую Тайну Болотных Царей.

Глава четырнадцатая

Великая Тайна Болотных Царей

Сел Черномор поудобней на стойку, свесил короткие ножки, провёл несколько раз растопыренной пятернёй сверху вниз по роскошной чёрной бороде, которая росла прямо из ушей.

И вообще, глядя на совершенно лысую блестящую голову и непроходимые заросли на лице, создавалось впечатление, что у него все волосы с головы по каким-то таинственным причинам сбежали на бороду.

Возможно, проделали они это потому, что он любил чесать затылок палицей с шипами, при этом визг и скрежет стоял такой, что казалось мокрым пальцем старательно по стеклу трут.

Черномор, тщательно нагладил бороду, начесал голову палицей, и стал рассказывать, часто оглядываясь по сторонам. Он постоянно переходил на такой шепот, что сам себя не слышал, и часто меня переспрашивал:

- Что я сейчас сказал?

На что я ни разу не смог ответить.

Но все же ему удалось поведать мне ещё одну Великую Тайну и рассказать о завещании последнего Болотного Царя Тимофея.

В давние-давние времена поклонялись славяне матери-природе и олицетворявшим её могучим Богам языческим: Велесу, Перуну, Даждьбогу, Яриле и другим. Все они были связаны с природой. И вокруг этих Богов: лесных, речных и прочих, лепились мелкие духи и полудухи, обитавшие в реках, морях, омутах, лесах, в домах.

Это были кикиморы, лешие, русалки, домовые и им подобные существа.

Но пришёл князь Владимир, который решил земли Русские соединять. А чтобы соединять земли, решил хитрый князь, нужно не просто с меча их брать. Мечом взять всё, что хочешь, можно, покорить кого угодно можно, а вот как и чем народ объединить?

Стал он думать. И подсказал ли кто, сам ли он додумался, но решил, что слишком много богов у племён языческих. Одни одного бога главным считают, другие - другому богу поклоняются. Отсюда и рознь идет.

Решил князь, что нужно найти такую религию, которая объединила бы всех, в которой Бог был бы един, и чтобы Бог этот, кроме всего прочего, учил людей повиноваться князю, как избраннику божию. И поехал он по разным странам, смотреть в каких Богов какой народ, и почему, верует.

Прослышав про его поиски, стали к нему приезжать представители других вер, желая в свою веру склонить князя и Русь. Особенно католики старались, очень они хотели на Руси свою веру укрепить.

Кто знает, как бы все случилось, какую бы веру выбрал, на чём бы остановился князь Владимир, сам недавний язычник, лично дававший клятву именем Велеса, когда мир заключал с Византией, но тут произошел такой случай. История, она в чем-то вся из случаев состоит. Другое дело, что все случаи в ней - закономерны.

Шел тогда девятьсот девяносто восьмой год от рождества Христова, и вся Западная Европа была объята ужасом: католики повсюду проповедовали конец света в тысячном году. И люди, в предчувствии неизбежной гибели, бросали работу, в ужасе рыли норы, бунтовали, пьянствовали, грабили, запасались провизией. Многие кончали жизнь самоубийством, бросались из окон, предвидя смерть неминучую.

Повсюду царили ужас, разорение, разброд в умах и хаос.

И когда стали посланцы церквей разных осаждать Владимира, навязывая ему свою религию, он так им сказал:

- Зачем мне та вера, которая людей завтрашним концом света пугает? Как может объединить племена та церковь, что близкую смерть предрекает? Идите от меня прочь, лукавые проповедники.

И выбрал Владимир веру христианскую.

А народ русский веру новую принимать не хотел. Не хотел от своих языческих Богов, которым испокон века поклонялся, отказываться.