Что-то здесь было не так. Риллан трудился, не поднимая головы, будто и не заметил, как отворились двери, как щелкнул замок. Это было странно, но дело было в чем-то еще… И тут Каспара осенило — черепаха! На столе не копошилась по обыкновению любимица бургомистра.

С глаз Каспара точно пелена спала, хотя никакой магии и не было. Все выглядело, как раньше. Полумрак, прохлада и человек за столом у камина. Очень похожий на бургомистра. Или, точнее, очень похоже изображающий Риллана. В его теплой накидке, в его позе, но — и это было легко заметить с самого начала — не бургомистр.

Если бы не острое ощущение тревоги, Каспар мог бы и смутиться своим промахом. Глупым и никак не подобающим человеку его ранга и возможностей. Можно сказать, позорным.

— Ублюдок!

Каспар выбросил руку, намереваясь схватить незнакомца, но тот легко уклонился, вскинул голову, и… Каспар наткнулся на взгляд Гангеля Муна. Довольный, торжествующий.

Два раза они могли встретиться. В мелкой вонючей забегаловке с каким-то претенциозным названием, и в трактире Гангеля. Но так и не встретились. И все же Каспар узнал его сразу. Он слышал о нем достаточно, чтобы составить близкое к реальности представление. Правда, в жизни Гангель оказался постарше, а из-за шрамов — поуродливее, но в остальном бандит был как раз таким, каким его и описывали. Матерым и опасным.

— Вижу, ты частый гость здесь, — заметил Каспар. — От хозяина и не отличишь.

— Я знал, что ты придешь сюда.

— Где Риллан?

— Нежится в постели. А я вот не смог отказать себе в удовольствии.

Гангель поднялся, ногой отпихнул кресло, плечи передернулись, сбрасывая накидку. Правая его рука легла на рукоять меча. Левая коснулась ножен, словно придерживая их, но явно готовилась нырнуть за спину.

Каспар улыбнулся. Скорее всего, дага. Но вряд ли это поможет ему выжить. Он не собирался фехтовать. Увлечение поединками и оружием осталось в юности. Меч на поясе Каспара давно служил лишь украшением.

— Ты пришел убить меня? — вскинул бровь Каспар.

Он торжествовал. Это была удача — встретить Гангеля в резиденции бургомистра. Ликвидировать этого бандита — все равно что отрубить Риллану правую руку. Если бы еще отыскать доказательства их тесной связи, например, среди бумаг на столе или на трупе Гангеля…

Впрочем, Каспар не собирался быстро его убивать. Имея под рукой вышколенную команду Бельджера, он уже стал забывать, каково это — играть в кошки-мышки.

На фоне озаренного пламенем камина фигура Ганге-ля казалась высеченной из черного монолита. Только ярко блестели глаза да сверкали стальные пряжки и застежки на ремнях.

— Ты доставил мне слишком много неприятностей, — сказал Гангель. — Ты влез сюда, как сельский дурачок в осиное гнездо. Ты забыл, что ты не у себя в столице. Здесь моя территория. И ты — здесь лишний.

Гангель медлил. Он знал, что Каспар чертовски опасен. На лице «тайного» плясали отсветы огня, смазывая выражение лица, но Гангель чуял — тот улыбается. Каспар уверен в победе. Слишком уверен. И в этом — его слабость.

— Возможно, это бессмысленно для такого закоренелого преступника, как ты, но все же, — сказал Каспар. — Если сложишь оружие и дашь показания против бургомистра, гарантирую тебе жизнь.

— Ты глупец, — покачал головой Гангель. — Если ты видел мое досье, ты должен знать: я последний, кто будет служить вашему королю.

— Я знаю. Но и ты должен знать: королю и Армании служат не только за совесть.

— Так заставь меня! — осклабился Гангель. — Я не боюсь тебя. Я уже убивал таких ублюдков, как ты.