— Ты сказал, ты не такой, как Бельджер, — заметил Эрик. — Ты сказал, у тебя есть цель. Чего ты добиваешься, Берсень? Что это за цель?

— Это уже не ваше дело, — отрезал Берсень. — Это касается только меня одного. Ваша задача — помочь мне добраться до Сердца. Это понятно?

— Я знаю, — тихо сказала Диана, уткнувшись глазами в пол.

— О чем ты? — повернулся к ней Эрик.

— Его цель.

— Вот как? — осклабился Берсень. — Какая проницательная. Ну так скажи, милая Ди. Открой нам свет истины.

— Ее звали Ирица.

Берсень не просто изменился в лице, он содрогнулся всем телом. Как содрогаются крепостные ворота под ударами тарана. Глаза полыхнули обжигающим огнем.

— Что ты сказала? — прохрипел он.

— Ирица — это ведь женское имя?

Берсень кинулся на Диану, как коршун бросается на добычу. Впился в ее плечи и с силой встряхнул. Ее зубы клацнули, Диана едва не прикусила язык.

— Не смей! Никогда больше не смей произносить это имя! — Маг вновь ее встряхнул. — Отвечай, откуда ты узнала про нее?!

— Отпусти меня, — очень тихо сказала Диана, морщась от боли.

— Что?!

— Отпусти, если хочешь, чтобы я помогала тебе. Ты ведь должен понимать — ты сам этого добивался, — у меня не осталось сил, чтобы бояться. Тебя, смерти или еще чего-то.

— Если мне понадобится, я найду страх у любого, поверь, — осклабился Берсень, но отпустил ее. — Отвечай!

— У тебя бывают кошмары, Берсень, — растирая плечи, сказала Диана. — И ты много чего говоришь. Думаю, ее убили.

— Вот как? — У Берсеня задергался глаз, через который проходил рубец. — Значит… — Глаза лихорадочно блеснули, он с трудом подавил желание вновь вцепиться в нее. — Что бы ты ни вообразила насчет меня, это твои иллюзии. Мой тебе совет: не лезь не в свое дело. И еще — не смей меня жалеть! Слышишь?! Тебя это не касается! Никого из вас это не касается! Это понятно? — Берсень порывисто развернулся и шагнул в портал. — Идите за мной, — донеслось из клубящейся дымки.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Еще одной загадкой является тот факт, что экономическая система Армании рухнула так же стремительно, как и политическая. Другими словами, сельское хозяйство и промышленность оказались отброшены на несколько столетий назад. Складывается впечатление, что из экономики словно выдернули некую основу, базовый стержень, без которого она не могла существовать в привычном виде. Есть гипотеза, что таким стержнем мог быть орден Посвященных. И что его члены были прежде всего не политической, а научной элитой того времени, что и обеспечило Армании невероятное для того времени развитие.

1

Боль заполняла все тело. Голову, грудь, руки, ноги. Боль словно растекалась по жилам вместе с кровью, откликаясь на каждый удар сердца. Дарел разлепил веки и едва не застонал — даже это причинило сильную боль.

Взгляд уперся в сводчатый потолок, залитый голубым светом портала, в ноздрях защекотало от сильного звериного запаха. Послышались быстрые шаги, а затем над капитаном нависло лицо архонта.