— Да куда уж ближе-то? — возмутился я. — Ты что, думаешь, по титану промахнешься? Да он с десятиэтажку ростом!

— Ну, ты-то хоть не умничай, Стас! Говорю же, экспериментальные штуки. Гарантий никак не даю.

Оглянувшись назад, я сообразил, что две самые крупные цилиндрические конструкции на спине «Стегозавра» — это и есть снаряды. Стинг, похоже, попробовал создать что-то вроде современных ракет, начинив их местными взрывчатыми смесями и бог знает, чем еще. А уж если ему помогала Чорхголот…

Я судорожно сглотнул, представив, что все эти сотни кило адской смеси случайно детонируют — например, от тряски. Первым порывом было спрятаться и захлопнуть над собой люк, но потом до меня дошло, что в случае взрыва никакая броня не спасет — скорее всего, на месте «Стегозавра» останется одна большая воронка.

Имир шагнул ближе к стенам Гаракса, и земля под нами содрогнулась так, что боевая машина закачалась на своих паучьих ногах, едва не потеряв равновесие. Мы дружно вскрикнули, а Дракенбольт разразился длиннющей ругательной тирадой на два голоса.

— Спокойно! Еще немного! — выкрикнул Стинг.

В голосе его звучал какой-то нездоровый азарт. Не удивлюсь, если он еще и здорово принял на грудь перед выездом. Впрочем, я его не виню. У меня и самого нервы на пределе. Самому мне бояться особо нечего — главный менгир Гаракса еще на месте, да и помимо него в округе еще полно точек, где игроки смогут воскреснуть. Но с нами ведь Бао! И Дракенбольт. И Эрик, в конце концов! Нам есть, что терять.

У Стеллы, похоже, возникли те же мысли, потому что она скомандовала:

— Эрик, выходи по экстренному протоколу! Остальные — тоже будьте готовы!

— А Больта куда девать? Его нужно эвакуировать в безопасное место!

— Оглянись, Эрик! Ты думаешь, где-то здесь остались безопасные места?

Стелла была права — весь наш план по обороне вот-вот провалится, и тогда демоны камня на камне не оставят от Гаракса. До подземелий тоже наверняка доберутся.

Но надежда умирает последней.

— Учитель, вам нужно уходить! — выкрикнул я, перелезая по броне ближе к Бао.

Тот не прятался в люк, а сидел прямо на корпусе машины, вцепившись лапами в поручни. Его черная шерсть серебрилась инеем и стояла дыбом, так что он даже визуально увеличился в размерах. Запрокинув голову, он неотрывно смотрел на титана широко распахнутыми глазами. Сейчас он как никогда напоминал встревоженного рассерженного кота.

— Учитель, ты слышишь? Тут опасно! Нужно уходить!

— Я останусь с тобой, Мангуст.

— Но…

Он отвлекся на секунду от разворачивающегося перед нами зрелища и зыркнул на меня так, что все снова встало на свои места: кто здесь ученик, а кто наставник.

— Я останусь. Я должен это увидеть.

— Но ты можешь погибнуть! — выкрикнул я, и сам поразился тому всплеску отчаяния, который меня накрыл.

— Значит, таков мой Путь. И это будет славный конец.

Я не нашел, что ответить, и лишь скрипнул зубами от досады. А потом и вовсе стало не до разговоров.

Стинг, наконец, вывел «Стегозавра» на удобную позицию для стрельбы. Неуклюжий механический зверь затоптался на месте, шире расставляя ноги и сгибая суставы так, будто пытался присесть на заднюю часть.

Новая волна демонов к тому времени уже добралась до стен. Часть стаи, скрежеща когтями по мерзлой земле, направилась и в нашу сторону. Но, к счастью, привратные големы были еще на ходу и прикрыли старшего собрата с фланга.

— Так, а вот сейчас я уже не шучу — держитесь, за что можете! — заорал в голос Стинг.