Посол бросил на юношу заинтересованный взгляд:

– А вам известен во всем Миропотоке кто-либо еще, кто мог бы покуситься на Возрождение первородного Феникса?

– Нет, – чистосердечно признался фениксиец, – но…

– Все понятно, – прервал его Альсиенд. – Именно сейчас мы находимся в центре бури, поэтому еще долго не сможем оценить всех последствий. И при вашем участии, – сказал он, указывая пальцем на грудь Януэля, – эта буря должна стихнуть… или разрушить эту империю. Горизонт становится все мрачнее, дитя мое, и мне пока неизвестно, следует ли видеть в вас искру жизни или же дыхание смерти. В настоящий момент я принял решение – быть может, мне придется сожалеть об этом, – сделать все, чтобы вы добрались до мэтров Огня. Если харонцы нашли средство внедриться в ритуал Возрождения, то можно предположить, что они, возможно, открыли способ высвобождать Желчь наших Хранителей. – Он сделал затяжку и выпустил дым через нос. – Это предположение пугает меня, уверяю вас. Это позволит Харонии развязать новую войну Хранителей. Иначе говоря, приведет к краху всего мироустройства. По крайней мере в том смысле, как мы его понимаем. И Харония благодаря этой войне неслыханно усилится. Теперь вам должно быть ясно, почему я не настаиваю на том, чтобы грифийские стражи порядка схватили и убили вас.

Высвобождать Желчь? Януэль от неожиданности опустился на ложе. Что если Альсиенд рассуждает здраво? Что если обычно удерживаемая Фениксами Желчь теперь выходит из-под контроля и благодаря некому ухищрению будит в огненных птицах инстинкт разрушения?

– И все же я не чувствовал присутствия харонцев, – возразил фениксиец.

– Но оно может выражаться и через Желчь. Конечно, я предпочел бы согласиться с вами, юноша. Если речь идет всего лишь об ужасном происшествии, что ж, в историю попадет разве что ваше имя. Но если, напротив, за случившимся стоят именно харонцы, следует приготовиться к самому худшему. Быть может, этого удастся избежать, если вы встретитесь с мэтрами Огня и раскроете им вашу тайну.

Посол оказался большим знатоком Хранителей. Из-за замкнутости жизни в Башне у Януэля создалось впечатление, что эта тема касается только фениксийцев и членов орденов других королевств. Но очевидно, что хитросплетения политики и угроза предстоящей войны пробудили интерес к ней у множества других людей.

– Мне нечего скрывать, – заявил Януэль.

– Верю вам. И именно поэтому я считаю, что вам необходимо встретиться с мэтрами Огня. Только они смогут открыть истину.

– Мы зря теряем время, – прервала его Шенда. Девушка стояла, прислонившись спиной к стене. Ее распущенные черные волосы каскадом спускались вдоль лица. Януэлю внезапно захотелось прикоснуться и провести по ним рукой. Он дрогнул от этой мысли и опустил глаза, испугавшись, что она догадается о его желании. «Что это с тобой происходит? – подумал он. – Желчи, что ли, хлебнул? Откуда эта теплая волна, прихлынувшая к сердцу?»

– Ты права. И каковы теперь твои намерения? – обратился Альсиенд к Шенде.

– Мы смешаемся с посланцами Драконии и дойдем с ними до пещер. Оттуда я рассчитываю пробираться старыми подземными ходами, прорытыми в свое время каладрийцами.

– Старые подземные ходы? – протянул недоверчиво посол. – Зачем? Если вы сумеете преодолеть круг, созданный Грифонами, то вам больше нечего бояться.

– А почему бы не совершить отвлекающий маневр? – вмешался Януэль.

– Отвлекающий маневр? – повторил Альсиенд, сдвинув брови. – Как?

– Например, устроить пожар.