— Призраки? Почему ты считаешь их призраками?

— Не издевайся надо мной, женщина! Они совершенно прозрачны!

— А, ты имеешь в виду, что не чувствуешь их присутствия. Как ни противно было сдаваться, принц все же кивнул.

— Да. Они призраки. Их очень трудно почувствовать тем, кто не живет в этой роще. Каллас когда-нибудь тоже станет призраком. И все они живут и дышат, поклоняются богам и выполняют свои обязанности. Но рано или поздно стареют до такой степени, что начинают таять. Последними исчезают ноги. И наконец, они врастают в корни дубов, становясь с ними единым целым. Это древняя, почитаемая гармония.

— Но я слышал, что призраки существуют вечно.

— Да. Они мои люди: бывшие, настоящие и будущие. Мои ближайшие последователи.

— И все твои последователи такие древние? Почти исчезнувшие?

— Нет. Многие живут в лесу. Но самые старые, то есть призраки, чувствуют себя в лесу неуютно. Мерзнут, всего боятся. Им нравится оставаться поближе ко мне, и я зажигаю костры от волшебного пламени. И несмотря на старость, их силы превышают все, что мы способны себе представить. Остальные же мои люди, живущие в лесу, будут прятаться, пока я не скажу им, что опасности нет.

— Похоже, твои последователи так же бестелесны, как созданная тобой крепость.

— Не высмеивай то, чего не понимаешь, принц. Это глупость, которую не могут позволить себе даже волшебники.

— Они поклоняются тебе, Брешия?

— Конечно! Еще бы не поклоняться! Я даю им еду, воду и приют. А также гармонию, порядок и равновесие, с тем чтобы они могли стать кем хотят, без помех и препятствий.

— Эта крепость настоящая или создана специально для моих глаз?

— Она достаточно реальна для тех, кто ее видит.

И поскольку он сам не раз твердил нечто подобное, пришлось спустить ей эту дерзость.

— А когда Каллас начнет таять?

— Примерно через сто лет или около того. Точнее трудно сказать. Потому что я не знаю его истинного возраста.

— А кому будут поклоняться жрецы и скрывающиеся призраки, когда умрешь ты?

— Тут ты прав. И мне когда-нибудь придет конец. Тогда они станут поклоняться моему наследнику.

— А кто твой наследник?

— Я еще очень молода, принц. И пока у меня нет нужды в наследнике.

— Добрая, чистая колдовская кровь для твоего наследника?

Она грациозно наклонила голову, послав копну рыжих волос по плечам. Во имя всех древних сил, кипевших в его жилах, он страстно хотел коснуться этих волос. Наматывать на руку снова и снова, пока ее лицо не будет совсем близко. И тогда он сделает последний виток, чтобы притянуть ее к своей груди.

Он моргнул, пытаясь избавиться от непрошеных образов.

— Да, как ты сказал, добрая, чистая колдовская кровь.

— Тебе понадобится могущественный волшебник, чтобы родить достойного наследника. Укрепить твою ослабленную кровь.

— Мне еще предстоит найти волшебника, достойного слить свою кровь с моей. Волшебники слишком несговорчивы. Негибки. Слишком презирают все, что не совпадает с их верованиями и деяниями. Возможно, я отправлюсь в Испанию. Там, в Карелии, находятся поразительные святилища, скрытые от глаз смертных. Да, именно там я найду испанского колдуна, сила которого будет равна моей. Который не будет пытаться довлеть надо мной.