— Здравствуй, здравствуй, друг любезный. Путешественник ты наш. Документы-то твои к нам уже давно пришли. Думали, привезут, а ты сам явился. Что, надоело гулять? А?

— Так я ненадолго, — махнул рукой Витек.

— Вот видите, Наталья Романовна? Наш Джек Восьмеркин. И в Америке побывал, и в Москве. Где его только не было.

Незнакомая женщина заулыбалась, глядя на него.

— Неужто убегает?

— Только пятки сверкают. С пяти лет бегает. Никакого сладу с ним нет. Как зима, так к нам. Как лето, снова бежит, — объясняла Клара Ивановна. — Его три года назад такие замечательные люди усыновили. Человека из него могли сделать. Так он снова сбежал!

— Они меня сами обратно отправили.

— Вот! Пожалуйста! Я же вам говорила!

— Это тот самый Витя-путешественник?

— Тот самый, — подтвердила директор. — Нигде ему не сидится. И везде утворит что-нибудь эдакое. Тебе, заяц мой, когда четырнадцать стукнет? В следующем году? Ну, вот вам готовый клиент в колонию.

— А я туда не пойду, — заявил с прежней улыбкой Виктор. — Я, Клара Ивановна, за ум возьмусь. Как вы советовали.

— Да? — удивилась она. — С чего это вдруг?

— А надоело по подворотням шататься. Учиться буду. На переводчика. Я и английский знаю. Буду много денег зарабатывать.

— А зачем тебе много денег? — поинтересовалась Наталья Романовна.

— Чтобы Катька тоже могла учиться.

— Какая Катька? — насторожилась Клара.

— Девчонка одна. Она ничья. Я ее в Москве подобрал. Катька рисовать умеет.

Обе женщины переглянулись.

— А сейчас ты чего хочешь? — спросила Наталья Романовна.

— Вернуться хочу. Вместе с Катькой. Я ее в обиду не дам.

— Сам вернешься? — с сомнением качнула головой директор.

— Сам.

— К нам?

— А куда еще?

Тут незнакомая женщина обратилась к Кларе, чуть прикоснувшись к ее руке:

— Разрешите, Клара Ивановна, я с ним поговорю минутку.

— Да, пожалуйста! — мгновенно согласилась та, как будто они обе о чем-то мысленно договорились. — Мальчики, марш с подоконников! Сколько раз повторять!

— Давай присядем, — указала Наталья Романовна на стулья у стен. — Для начала меня зовут Ядвигова Наталья Романовна. А тебя, как понимаю, Витя?

— Ну. А вы что, тоже усыновить меня хотите? Зря. Я неуживчивый.

— Неуживчивый? — засмеялась она. — Это ты сам придумал. Неуживчивых людей не бывает.

— Вы меня просто не знаете.

— Немножко знаю.

— Клара напела? — хмыкнул Витек.

— Не напела, а рассказала. Ты тут, оказывается, настоящая легенда.

— Да ну, — смущенно пожал плечом Витек, не совсем понимая, куда клонит эта тетка, как-то по-интимному взявшая его руку. Руку он не отнял, но решил быть настороже.

— Ты правду говорил про учебу? Или лукавил? — прищурилась она с улыбкой.

— Правду. А чего мне врать?

— Очень хорошо, что ты сам это понимаешь. Молодец. Ты мне понравился, Витя.

— Тетя, я еще маленький. Подождите лет пять.

— Ты, конечно, уже обо многом осведомлен, — с терпеливой улыбкой ответила она. Но давай договоримся, что обойдемся без грязных двусмысленностей. Ни мне, ни тебе они не к лицу, согласись.