Мы сели в машину и в молчании выехали из Берлина. За двадцать пять марок я в супермаркете купила оливковое масло, две бутылки дешевого белого вина для Адасика и пилинг для тела Тосе.

Надпись крупными буквами Ausfahrt меня не взволновала. Путешествия – хорошая школа. У меня в голове пронеслось, что вот впервые с того момента, как Адасик появился в моей жизни, я отважилась на риск. Сделала что-то для нашего общего блага, собственноручно. Мне не о чем беспокоиться. Препятствия для того и существуют, чтобы их преодолевать. Через три недели поступят первые деньги. Тогда отведем душу. Как знать, может, даже съездим в Берлин за покупками и увидим тот самый Пергамский алтарь, а Тося получит от меня такие сапоги, какие захочет?

А зубная щетка? Я бы не выдержала все это, если бы вовремя не вспомнила, как однажды, давным-давно, вызвала аварийную газовую службу, потому что у меня была утечка газа. Стояла страшная вонь, а Экс как раз куда-то отбыл. Приехали ремонтники в количестве двух симпатичных мужчин. И действительно почувствовали весьма неприятный запах. В течение трех часов они искали место утечки, обнюхивая все углы, и нашли-таки в шкафу мандарин, который туда четыре месяца назад положила трехлетняя Тося. Мандарин стал фиолетовым, и от него шел душок.

Так что и на сей раз все обошлось не самым худшим образом.

Я вернулась

Ох, до чего приятно очутиться дома! Тосю слегка разочаровал крем, зато Адасик меня поцеловал и даже словом не обмолвился о полотнищах для пилы. К сожалению, они отлично без меня со всем справились. В квартире чистота, животные накормлены, Борис не отходил от меня ни на шаг, а я гадала, что будет сегодня ночью, потому что в наши планы с Адамом не входило спать вместе с собакой. Тося подозрительно поинтересовалась, почему я не купила ей сапоги. Я пообещала, что очень скоро у нее будут потрясные сапоги, и даже не одна пара!

Я и не заметила, как наступил июнь. Жарища, как на Гавайях. У Тоси в следующем году выпускные экзамены, а итоговые оценки за этот оставляли желать много лучшего.

Позвонила моя мама и сообщила, что Тосины оценки оставляют желать много лучшего, и тут же вспомнила, что и моя успеваемость за год до выпуска тоже была далеко не безупречной.

Позвонил мой отец и сказал, что он, конечно, так и предполагал, что у Тоси будут такие отметки, потому что она идет по моим стопам, и что будь он на моем месте, то приложил бы все усилия…

А я для себя решила, что у Тоси к окончанию школы все будет не так плохо. До выпускных экзаменов еще целый год, времени достаточно, чтобы чему-нибудь научиться. Не пойму, почему моего ребенка не хотят оставить в покое.

Сегодня я вернулась домой раньше обычного. В редакции увольнения, потому что проводится реорганизация. Третья за этот год. Удивительно, что шеф не сменяется. Хорошо, что в моей жизни есть хотя бы один постоянный мужчина, пусть даже это всего лишь главный редактор. По дороге домой я купила творог, укроп и редиску и решила преобразиться в домашнюю клушу. Все вместе проведем приятный вечер за игрой в скрабл. Сегодня к нам должен приехать Шимон, а завтра Адам забирает его и Тосю в Наленчув. Я собиралась остаться дома и наконец-то отдохнуть после нервотрепки, связанной с окончанием учебного года (это же надо: когда я заканчивала школу, надеялась, что больше никогда и ни под каким видом мне не придется иметь с ней ничего общего!), с реорганизацией в редакции и состоянием дел с Остапко, которая, кстати, должна была позвонить еще на прошлой неделе, но не позвонила. Посплетничаю с Улей или, как знать, устрою дамскую вечеринку? Можно было бы пригласить Реню и Маньку. Нет ничего лучше женских посиделок. Все-таки с мужчиной жизнь совсем другая. Та же Ренька, к примеру, забежит и всегда что-нибудь интересное расскажет, вроде:

– Ты должна ухаживать за кожей лица, это наше сокровище, поверь мне: если начнешь следить за кожей прямо сейчас, сумеешь перехитрить время! – И извлечет из сумки какой-нибудь гениальный крем.