У него снова было две ноги и две руки. Он весь сиял – кожа, волосы, глаза и одежда, которая превратилась из захудалой рубахи в дорогой кафтан. Все излучало свет, но больше не теплый, как жидкое солнце, а холодный – как самая яркая северная звезда.

Каждый их шаг равнялся тому расстоянию, какое на коне можно преодолеть лишь за несколько дней. Дуб быстро остался позади и растворился в волшебном тумане, будто его и не существовало никогда. Только тогда духи остановились и взглянули друг на друга.

В глазах обоих дрожали слезы, в которых тесно сплетались радость и печаль.

– Зачем ты сделала это с собой? – Зоран нерешительно поднял руку, но так и не коснулся ледяной кожи госпожи.

Тогда она сама наклонила голову, опалив щеку теплом чужой ладони.

– Ты жив, – вместо ответа обронила она.

Слезы ручьями покатились из синих глаз. Но едва капли срывались со щек, они превращались в новые алмазные бусины на белоснежном кафтане.

– Прости, что не сумела защитить тебя.

– Эй, ты чего? – Зоран встал еще ближе к ней. – Я ведь здесь. Все хорошо.

Руслана смотрела в глаза, которые отныне сияли серебром, а не зеленью, и не могла заглушить в себе всхлипы. Зоран окончательно стал тем, кого раньше так боялся.

– Ты стал духом. Из-за меня.

– Ради тебя, – поправил он и положил ладони на влажные щеки девушки. – Ты позвала меня, и я пошел. А мог бы этого не делать. Быть здесь – это мой выбор.

Она закрыла глаза, прижалась лбом к его лбу. Зоран обнял Руслану, и она снова ощутила внутри себя тепло. И пусть сердце, подернутое льдом, больше не билось, на его месте будто расцвели огненные бу– тоны.

Руслана обняла Зорана в ответ, на миг забыв, что она больше не человек. Рядом с ним она ощущала себя по-прежнему: всего лишь простой девушкой.

– Ты спасла меня, Руслана. И твоя жертва…

– Это была не жертва. Выбор.

– Хорошо, – его смех щекотал шею, которой почти касались губы Зорана, – твой выбор вдохновил меня на подарок.

Он разомкнул объятья и вдруг опустился перед ней на колени прямо на снег. Руслана ошарашенно отшатнулась, завертела головой. Но вокруг только степь. Ни людей, ни зверей, ни духов, кроме них самих.

– Руслана, – Зоран поймал ее ладонь и сжал, умоляя посмотреть на него. – Госпожа Стужа. Я клянусь всегда следовать за тобой. Дни и годы. Столетия и целую вечность.

– Зачем? – обреченно качнула головой она. – Зоран… Зачем ты связываешь себя новой клятвой?

– Потому что вечность, наполненная одиночеством, мне не нужна. Но я готов посвятить ее тебе. Девушке, которая пошла за мной даже за грань.

Ее умолкнувшее сердце екнуло, и Руслана опустилась на колени, встав напротив Зорана. Теперь уже она обняла его первой, шепнув:

– Клянусь беречь твой подарок – мою величайшую драгоценность.

Он гладил ее белые волосы, пропуская локоны сквозь сияющие серебром пальцы. Она обхватила его в объятиях крепко-крепко, вдруг осознав, что совершила невозможное. Украла Зорана у самой смерти. Стала духом ради него.

Они отстранились, замерев друг перед другом на расстоянии вдоха. Изо рта больше не шел пар. Оба не чувствовали холода. Под их ребрами больше не стучали сердца.

Однако Руслана знала, что кое-чего ни смерти, ни вечной жизни у них не отнять.

– Наши души из сияния одной звезды вылиты, – промолвила она, слабо улыбнувшись.

– И судьбы одной нитью свиты, – шепнул Зоран, и его губы легонько скользнули по губам Русланы. – Навеки.

– Навеки.

Ладони Зорана переместились выше, коснулись ледяных щек Русланы.