– В самом деле?! – она скептически прищурилась, пытаясь изобразить на своем лице выражение, не раз подмеченное у Джо.

– Да, – голос его был тверд и звучал уверенно. – Я совершенно не заинтересован причинять вам какие бы то ни было неприятности. – И на губах его появилась странная усмешка. – Собственно, мне бы менее всего хотелось доставить вам неприятности.

Его уверенность, дополненная до странности чувственной улыбкой, привела к тому, что Фриско почувствовала себя совершенно не в своей тарелке. Более того, ей даже и дышать сделалось труднее.

– Ну так и что же вам нужно? – набравшись смелости, задала она вопрос.

– Мне нужна фирма вашего отца, – без экивоков ответил он. – Но ведь об этом вы и раньше знали, так или нет?

– Да, тем более что ваши намерения вы не слишком то пытались замаскировать.

– Это было бы напрасной тратой времени, – он пожал плечами. – А я терпеть не могу попусту тратить время.

– Что, невыгодно? – ласково поинтересовалась она.

– Совершенно невыгодно, – подлаживаясь ей в тон, ответил он. – Денег не прибавляется, удовольствия никакого.

– Теперь понятно.

– Не уверен, что вам действительно понятно. – И его улыбочка как то искривилась, словно бы съехала набок. – Впрочем, все это не суть важно. Главное, что я придумал, как уже и говорил вам, вариант, как выйти из сложившейся ситуации, разрешить вашу проблему.

– Мою проблему?!

– Ну а чью же? – поинтересовался он и, не дожидаясь ответа, категорично заявил: – Черт возьми, не мою же, в конце то концов!

– Слушайте, а вы что же, и вправду уверены, что так вот запросто можете забрать нашу фирму себе? – и она энергично прищелкнула пальцами.

– Совершенно уверен.

Она тотчас же поверила. Непонятно почему, но поверила сразу и окончательно. Фриско не оставляла уверенность, что прежде чем прийти к ней на встречу, этот человек действительно все продумал самым серьезным образом и нашел выход из ситуации, которая и в самом деле касалась не только отца, но и ее самой. Не случайно же говорят, что когда любишь, отдаешь частичку своей души, даже если это и оказывается против собственных же принципов.

И вновь Фриско сдалась.

– Что ж, ладно, я слушаю вас.

Он сделал большой глоток пива, несколько помедлил, как если бы собирался с духом, – да, именно так это казалось со стороны, – затем поставил бокал на стол и посмотрел ей прямо в глаза.

– Прежде всего я хотел бы узнать: ваша мать уже в курсе случившегося, Гарольд ведь намеревался все ей рассказать?

– Нет, – она удержалась, чтобы не покачать головой, ибо голова ее прямо таки разламывалась. – Во всяком случае, сегодня утром, когда я уезжала от них, он ничего матери еще не сказал. Правда, пообещал, что непременно скажет.

– Тут есть телефон, – и Лукас указал на аппарат, висевший на стене в коридоре, который вел в сторону туалетов. – Позвоните ему и выясните это наверняка.

Она раскрыла было рот, но Маканна упредил ее вопрос:

– Это чрезвычайно важно, Фриско Бэй. И в том случае, если окажется, что он еще не сообщил супруге, скажите ему, чтобы он немного повременил.

– Но ведь деньги должны быть возвращены на счета фирмы как можно быстрее, – напомнила она.

– День другой плюс минус большой роли не сыграют, – сказал Лукас. – А теперь, пожалуйста, позвоните. Мне нужно это знать наверняка.

Скажите пожалуйста, знать наверняка… Если Лукасу Маканне что то нужно, извольте все бросить и кинуться выполнять его распоряжения. Так рассуждала Фриско, направляясь к телефону. Она была так взволнована, что даже не отдавала себе отчета в том, что думает о Лукасе словами Джо.