Фарух каким-то образом смещал напряжения в каменной толще, а возможно даже и в металле. Жизнь у него была примитивной и непримечательной как прошлая, так и нынешняя, потому неудивительно, что его пятнадцать минут славы и власти так быстро прошли. Сейчас он больше походил на размазню и как ему помочь я не знал. Хорошо, хоть он понимал, что без команды пропадет и делал все, что от него требовали, пусть и без энтузиазма и инициативы.

А вот молнии Гао меня очень заинтересовали как возможность подзаряжать аккумуляторы для огневых комплексов и других возможных приборов, что вытрясем из колонистов. Хотя без Торна экспериментировать я не решался. У нас всего два МОКа и портить их побоялся. Молнии азиата слишком непредсказуемы и управлял он ими слишком слабо. Но перспективы впечатляли.

Сам самурай пояснял свои возможности тем, что последние полгода своей жизни работал в группе штурмовиков-камикадзе. Они оборудовались экзоскелетами с очень мощным электромагнитным полем, которое гасило или отклоняло пули и иглы кинетических комплексов. Правда это же поле создавало вот такие же блуждающие токи, которые мгновенно вырубали электромагнитные комплексы и воспламеняли пороховые патроны, потому атаковали они в ближнем бою, вырубая противников током и выжигая незащищенную электронику вражеских доспехов.

Я слышал про эту технологию, но носить их могут действительно только камикадзе. Даже защитные костюмы не помогали и пилоты часто поджаривались до хрустящей корочки. К тому же заряда защитного поля хватало минут на двадцать и после этого боец оставался в почти обездвиженном экзоскелете и без оружие. Если группу прикрытия выбили, а еще остались противники — шансы выжить почти нулевые. Так как от исправности доспеха зависела жизнь пилота-камикадзе, они постоянно осматривали их перед боевым выходом вместе с техниками, оттого разбирались в устройстве и принципах работы. Привычка в минуты опасности включать его и дала Гао умение.

Айда все так же могла создавать направленное пламя различной температуры и длины языка. На этом ее возможности заканчивались, однако я подозревал, что это далеко не все. Не доверял я таким тихим омутам, но оберегали ее и Ругер, Исида и прочие, так что надавить на нее не имелось возможности. Сама же она даже когда вынуждено работала со мной замыкалась в себе и на все замечания и приказы реагировала молча и опустив глаза.

Разобравшись с нашими возможностями, мы приступили к тренировкам и реорганизации поселения. После использования заклинаний шел долгий откат, зачастую намного превышающий скорость заполнения шкалы маны. Потому пока было время, мы уделяли время перестройке.

Структура био-ферм всегда шла лестничным порядком. Каждый огромный бокс оснащен колоннами поддержки и арочными укреплениями с конденсаторами влаги, соединялись широким проходом с крутым уклоном, а для циркуляции воды и воздуха вверху были десятки воздухопроводов и водотоков внизу. При этом в них имелось всего два входа в торцах.

Для начала завалили верхний проход камнями и туда же отселили всех аборигенов. Подальше от нас. Земля там скудная и мы ее пока толком не благословляли как самый дальний участок. Пришлось вырыть пару бассейнов для сбора воды и пару дней уделить внимание обучению туземцев основам садоводства. Помогло то, что в отличие от племени Хора, местным на их бедной земле приходилось пахать и выкручиваться, так что они схватывали на лету и могли обучить остальных. Так же они теперь работали нашими часовыми. Разобрать завал и не возбудить аборигенов можно только с очень прокачанной командой. Которая мою щелчком сметет.

Дисциплину мы навели в поселении сразу же и жестко забрав пятерых девушек по указке Хора. Для наших экспериментов.