Шейд полетел к свету и уже почти повернул в колодец, как вдруг…

Зубы. Сначала он только их и разглядел. Только щелкающие оскаленные зубы. Шейд закричал, отпрянул и что было духу понесся обратно, чуть не врезавшись в Марину.

Две жилистые крысы, зацепившись когтями, свисали с потолка, узкие морды свирепо скалились. Другие крысы кишели на стенках колодца, преграждая выход.

— Назад! — закричала Марина, бросаясь в глубь тоннеля.

— Нарушители границ! — кричали крысы вслед. — Мы поймали вас! Вам отсюда не выбраться!

Крысы громко стучали когтями по каменному полу: тук-тук-тук-тук. Шейд испугался.

— Там их еще больше, — вдруг сказала Марина. — Там, впереди. Я их слышу.

Шейд пошарил локатором по длинному тоннелю, и в ответ ему пришло серебристое изображение множества крыс на стенах, на потолке. Они отрезали им выход.

Неподалеку оказалась узкая, уходящая вниз труба.

— Сюда! — быстро сказал Шейд.

Труба была слишком узкой, чтобы лететь: пришлось ползли на четвереньках друг за другом. Под когтями хлюпала вода. И все время сквозь стены слышалось: тук, тук, тук-тук-тук, тук, тук. Сколько здесь крыс? Шейд чувствовал каждый дюйм глубины, на которую они опускались.

Позади слышался топот множества ног.

— Скорее, скорее! — торопил он Марину, оглядываясь.

Они ползли так быстро, что Шейд, выскочив из трубы, с разгону шлепнулся прямо в грязную, темную воду.

Он всплыл, задыхаясь от страха, молотя по воде промокшими крыльями. Рядом с ним, стараясь держать голову над водой, барахталась Марина. Они неуклюже подплыли к большому камню и устроились на нем отдохнуть, промокшие и дрожащие.

Они находились в широком боковом туннеле, наполовину заполненном грязной водой, которая быстро текла мимо, слабо поблескивая в темноте.

— Что теперь? — спросила Марина, с беспокойством оглядываясь на трубу. — Они скоро будут здесь.

На какую-то минуту Шейду опять захотелось быть как Гот. Чтобы у него были большие когти, разрывающие врагов на части, и огромные крылья, чтобы сметать и бить их.

— Пойдем дальше, — упрямо сказал он. Должен же быть туннель, ведущий наверх, какой-то выход наружу…

По изгибам тоннеля прямо к ним двигался плот, большой шероховатый кусок дерева. Толкая его с обеих сторон, плыли крысы. На плоту было еще больше крыс, внимательно высматривающих что-то в воде.

— Вот они! — закричала одна из них. — Быстрее!

Плот приближался так быстро, а Шейд слишком устал, чтобы убегать. Сидя рядом с Мариной, он молча ждал, когда плот подойдет к ним вплотную.

Гот кружился высоко над городом, высматривая Шейда и Марину.

— Они не могут остаться внизу навсегда, — сказал Тробб.

— Когда они вылезут оттуда, мы их увидим, — уверенно ответил Гот.

Он был зол на себя за то, что упустил их. Он посмотрел на Тробба, подумывая хорошенько укусить его, — может быть, это принесет ему облегчение. Оставалось надеяться, что в конце концов они выйдут на поверхность и он схватит их.

На окраине города Гот нашел огромную кучу отбросов. Даже в свежем морозном воздухе его чувствительные ноздри ощутили тяжелый запах протухшей пищи. Где отбросы, там и крысы. Много крыс.

— Мы наедимся здесь до отвала, — сказал он Троббу. — И подождем, когда они вылезут наружу.

Ромул и Рем

Плот скользил по водному лабиринту подземных туннелей. На нем, скрючившись, сидели дрожащие Шейд и Марина. По бокам каждого из них стояли крысы-стражники, острыми зубами слегка придерживая их крылья на случай, если они попытаются взлететь.