— Отморозил. Я видела такое раньше. Одна летучая мышь заблудилась во время бурана и отморозила крыло. Потом оно отвалилось.

Шейд задумался.

— И с Троббом будет так же?

— Может быть. Крыло выглядит скверно. Пятно увеличивается.

— И Гот обморозится?

— Кто знает, Шейд. Это может длиться несколько недель.

— Если мы собьем их с курса и они долго пробудут на холоде…

Но сколько ему удастся водить их за нос? Гот очень подозрителен. И как долго смогут выдержать холод они с Мариной?

Гот спикировал к ним.

— Довольно, — сказал он. — Нужно найти укрытие на ночь.

Шейд смотрел, как два каннибала терзают зяблика, которого принесли с охоты.

Они нашли убежище в небольшом дупле мертвого дерева. Гот и Тробб улеглись поперек входа, закрыв его. Шейд заметил, что Тробб сильно вздрагивает, когда его отмороженное крыло касается неровностей внутри дерева.

— Я вижу, мои гастрономические привычки внушают тебе отвращение, — обратился Гот к Шейду.

— Ты ешь летучих мышей. Это ненормально.

— Более ненормально, чем хотеть стать Человеком?

Тробб расхохотался и чуть не подавился. Гот с отвращением поморщился.

— Те окольцованные летучие мыши в горах создали себе целую религию. Они поклоняются Человеку вместо того, чтобы поклоняться Зотцу.

Зотц… При этом имени Шейд почувствовал озноб.

— Ты никогда не слышал о нем, верно?

— Нет. — Шейд и не хотел слышать.

— Кама Зотц — бог летучих мышей. Он создал нас и все вокруг, даже эту промозглую пустыню, которую вы называете домом.

— Нет! — Шейд затряс головой. — Нас сотворила Ноктюрна и…

— Зачем ты слушаешь его? — сердито сказала Марина. — Он обманщик.

— Я? Тогда скажи мне, почему ваш бог хочет, чтобы его творения стали чем-то другим.

— Я даже не знаю, верю ли я в это, — ответил Шейд. — Может быть, это совсем не то, что предназначено нам Ноктюрной.

Гот снисходительно усмехнулся:

— Ноктюрны не существует.

Шейду показалось, что его ударили.

— Или если существует, то практически почти бессильна. Ее творения прячутся от всех и в небе, и на земле. А Зотц всемогущ. Взгляни на меня! — Гот расправил могучие крылья, оскалил зубы, напряг мускулы. — Вот что такое сила. Я никого не боюсь. Я могу победить всех. Сов, крыс, летучих мышей. Даже Человек не смог навредить мне.

Шейд почувствовал дурноту, но не мог оторвать взгляд от Гота.

— Вы едите насекомых. А ведь они тоже живые существа, только меньше и слабее вас. Но это вас не останавливает, верно? Настоящая причина того, что вы не питаетесь, как мы, очень проста. Вы не можете. Вы слишком маленькие. Мясо дает силу. Когда я ем другую летучую мышь, я получаю ее силу, я расту. А вы здесь, на севере, живете впроголодь, питаясь только насекомыми. Это вы ведете себя неестественно, а не я.

У Шейда голова шла кругом. В последнее время он слышал так много разных рассказов — от Фриды, от Зефира, от Сирокко, теперь вот и от Гота. Как разобраться, где правда, а где ложь? Он такой маленький и слабый. Как мог он надеяться победить сов, крыс, завоевать право жить под солнцем? Он не способен помочь даже собственной колонии, защитить сереброкрылов от Гота и Тробба.

— Возможно, ты прав, — произнес он устало.

Марина с изумлением смотрела на него.

— Шейд…

— Подумай, Марина, что если все так и есть? Побеждают сильнейшие, самое важное — сила.