Бородулин сразу вспомнил о бандитах, о допросе и принялся спускаться, твердо решив вернуться на холм при первой возможности.

— Что случилось, Станислав Наумович, — спросил он, подойдя к заместителю.

— Нам было трудно, но мы победили!

Михайленко был явно доволен собой.

— И что же вы узнали?

— Несколько вещей. Первое — это действительно банда. Первоначально их было шестеро, они на той еще земле грабили фуры на магистрали. Вот их всех выдернули сюда, сбросили в лесу. Но только приготовили каждому по такой вот, как у вас сейчас, «беретте» и по дробовику «моссберг-500». Еще патронов в достатке, еды на пару недель и ящик дорогой водки. Граждане бандиты выпили, пораскинули мозгами и принялись искать жилье. И нашли его здесь неподалеку, километров пять вниз по течению на том же левом берегу. Что-то подобное той даче, на которой расположились наши мажоры, только вот лодок им не дали. Вернее, лодку дали, а мотор — нет. А на веслах грести вверх по течению среди них дураков не нашлось. Они малость обжились на новом месте, а потом к ним начали прибиваться такого же пошиба гаврики. Как говорится, рыбак рыбака видит издалека. Вот собралось их сейчас общим числом двенадцать человек.

— Уже одиннадцать.

— Нет, все-таки двенадцать. Наш хороший знакомый убедил их взять его на испытательный срок.

— Жаль.

— Я тоже так думаю.

— Это было первое. А что еще?

— А еще бандиты, как безусловно паразитический элемент, принялись обшаривать окрестности в поисках людей, на которых можно паразитировать. И таки нашли. На том берегу примерно в радиусе десяти километров от их базы есть три хутора. На каждом из них живет фермерская семья. Их без долгих разговоров обложили данью, которую хуторские обязаны доставлять бандитам по четкому графику. По-хорошему, надо бы вернуться в поселок, взять еще людей и ликвидировать банду как класс. Все равно, рано или поздно, столкновение с ними неизбежно. А ведь дом вашего знакомого от них не так и далеко. А если мы найдем какой-то ресурс ниже по течению? Думаете, мы сможем спокойно и без помех вывезти ценности? Эти… нехорошие люди обязательно постараются устроить нам пакость. Кроме того, после уничтожения банды можно будет наладить с хуторами отношения, какой-нибудь товарообмен.

— К сожалению, Станислав Наумович, мы не можем позволить себе тратить даже один день, катаясь за подмогой.

— Почему?

— Прогуляйтесь на холм, и вам все станет ясно.

— А вы?

— А я тут посижу. Я там уже все видел.

Бородулин присел на поваленное дерево, наблюдая, как его заместитель быстро поднимается вверх по склону. Вдруг небо озарилось зловещим багровым сполохом и тяжелый низкий звук, идущий, казалось, из-под земли, заполнил пространство. Все тело Андрея отозвалось на этот звук болезненной мучительной вибрацией. Он вскочил, охваченный внезапной паникой, готовый нестись, сломя голову, куда угодно, лишь бы оказаться подальше от источника этого жуткого звука, и тут наступила тишина. Полуоглохший, потерявшийся, Андрей медленно приходил в себя. Через пару минут он вспомнил о Михайленко и пошел, потом побежал вверх по склону.

Заместитель лежал ничком на земле, закрыв голову руками. Винтовка валялась метрах в двадцати.

— Что с вами? Андрей перевернул лежащего на спину. На побелевшем лице застыло выражение сильнейшего ужаса, глаза были крепко зажмурены. Андрей приложил пальцы к сонной артерии — живой! Воды с собой не было, и он принялся тормошить безопасника, хлопать по щекам… Через некоторое время лицо Михайленко порозовело, черты его разгладились, глаза моргнули раз, другой, третий.