| — Получается, что пока мы пытались что-то делать с рапирами, — Ворон поморщился, — в комнате находились, допустим, дети Основателей, тоже чем-то занятые, а молодой профессор Дамблдор прятал там ту маленькую странную статуэтку, которую я вчера нашел. — Что, кстати, ты все-таки нашел? — вяло полюбопытствовал Мальсибер. — Понятия не имею, — Ворон накануне вместе с одеждой для Люпина притащил в кабинет несколько непонятных вещей, среди которых обнаружились красивая диадема, очень старая книга, посвященная магии стихий, в которую вцепился Ворон, как только увидел, и загадочного вида статуэтка, изображающая обнаженную четырехрукую женщину с ожерельем из человеческих черепов на шее. Статуэтка была абсолютно черной и находилась в мешочке с биркой, на которой было написано: «Альбусу Дамблдору». Ворон и прихватил непонятный мешочек из-за этой бирки. Правда, предварительно он попросил сопровождающую его Роксану проверить мешочек и его содержимое на различные проклятья, затем сделал это сам. Ничего волшебного в статуэтке не было — это была обычная, абсолютно неволшебная вещь. Почему ее спрятали, и что вообще она изображала — друзья Ворона только об этом и говорили; все остальные предметы вызвали куда меньший интерес. В общем-то, именно из-за этого Ворон ее с собой и прихватил — чтобы отвлечь приятелей от других, возможно, более опасных вещей, назначения которых ни он, ни хранительница не понимали. До подземелий мальчишки дошли довольно быстро. В классе их уже ждали девочки, которые составляли им компанию в прошлом году. — Северус, — Амелия застенчиво улыбнулась. Ей уже исполнилось тринадцать, и она перешла в тот возраст, когда начинает проявляться застенчивость при общении с лицами противоположного пола. Ворон кивнул ей и подошел к столу. На нем лежало несколько лепреконских монет под чарами консервации. К нему сразу же подошла Лили. — Сев, мы нашли кое-что, — она подняла одну из монет и направила на нее палочку. — Фините Инкантатем. Монета блеснула. — Теперь она обычная и исчезнет ровно через сутки, — Амелия подошла к Ворону с другой стороны. — Смотри, если на нее капнуть застывающий раствор, который мы на прошлом уроке готовили, то получится вот что... Она набрала в пипетку немного раствора и аккуратно капнула прямо в центр монеты. Вокруг стола столпились остальные участники этой маленькой группы, которую умудрился собрать вокруг себя Ворон. Они внимательно наблюдали, как золото начало плавиться, а сама монета приобретать совершенно другую форму. Когда форма перестала изменяться, Ворон вначале удивленно рассматривал полученный результат, а затем согнулся пополам от смеха, потому что монета теперь выглядела, как золотой кукиш. Отсмеявшись, он поднял блестящие глаза на Амелию. — Она просто меняется — и все? — Нет, — девочка улыбнулась. — Похоже, что золото лепреконов — на самом деле золото. То есть, они накладывают на него какие-то чары, которые заставляют монеты исчезать. Но когда форма у этого золота другая, оно остается и больше, чем на сутки. Вот, посмотри, — она достала из кармана мантии точно такой же золотой кукиш. — Этому куску уже больше суток. — Забавно, — Ворон задумался. — Нужно проверить это золото прежде всего на состав. А вот этот кусок… — он забрал кукиш из рук девочки и внимательно его осмотрел, а затем, взяв руку Амелии в свою, положил фигурку ей на ладонь и аккуратно сжал ее пальцы, заставляя зажать золото в кулаке. — Пусть он побудет у тебя. Отмечай все изменения, которые могут с ним произойти. Он отпустил руку девочки и повернулся к столу, не обратив внимания на то, что Амелия слегка покраснела. Зато на это обратила внимание Лили, которая чуть прищурилась и подвинулась к другу поближе. — Северус, что у тебя с волосами? — Амелия справилась со странным волнением, которое возникало в ней, когда рядом оказывался слизеринец. |
