– Я скажу, где такое берут, – величественно сообщила Липа. – Не все же издания так уж плотно прикрылись медным тазом. Работают органы выделения… печати. Некоторые.

Лика прыснула, а Липа представила себе газеты в виде больших плоских камбал, тихо лежащих на каменистом морском дне, шевелящих жабрами и переваривающих заглотанные целиком новости.

– Принесете, обсудим… Потом разошлете по «мылу». Адреса я дам. Идет?

– Ага, этим я прямо сейчас займусь.

«Похоже, она уже на задании», – подумала Липа, наблюдая, как сдвинулись блекло-медные Ликины бровки, а губы что-то беззвучно произносят.

– Займитесь, да. Это хорошая тема. Ну и еще что-то попутно придумывайте. Развяжите тесемочки – пустите креатив на волю. Газета – это же не единственный вариант совместной борьбы.

– Можно я завтра вечером к вам загляну? – спросила Лика, когда они прощались у дверей.

– Да ради бога – только позвоните предварительно.

Лика ушла, на ходу закатывая глаза в творческом экстазе.

«Кажется, я устроила ее судьбу… А что там с моей-то? Когда у меня будут обеспеченные жилички-соратницы? – подумала Липа, возвращаясь в кухню, чтобы убраться. – Третий постоялец – и пока безрезультатно. Ну, хотя бы для меня».

Лика позвонила и напросилась на аудиенцию утром в воскресенье. По захлебывающемуся щенячьему тявканью в трубке Липа поняла, что с заданием спецкору она конкретно угадала.

– Вот, а я и говорю им, ну, охраннику и администратору – хочу и записываю – мое дело зачем. Продукты я ваши не ворую, сырки, как бабули малоимущие, на ходу не ем и оберток в карманы не прячу. Следите лучше за детьми и алкашами – они, пока вы тут со мной чванькаетесь, у вас за спиной полмагазина скушают или вынесут.

– А они – чего?

– А они – может, это ты типа специально наше внимание отвлекаешь, группой работаете… Ну, наслушалась я! – махнула рукой Лика. – Не перескажешь.

– Вы не забывайте, Гликерия, все это сразу записывать – а то потом раж растеряете. Волна уйдет, мусор останется.

– А я потихонечку сотовый включила – и на диктофончик их, на диктофончик!

– Да, это тоже полезно. На разворот в «МК» потихоньку наберется…

– У, если бы!

Лика отправилась рыбачить в мутной воде дальнего и дорогого супермаркета, куда Липа не заплывала просто из принципа даже в хорошие времена.

– Будут острые ситуации – звоните, Лика. У меня удостоверение прессы сохранилось из солидного издания – попробую выручить.

– Ага, это не лишнее, – донеслось с лестницы. – Позвоню-у-у!

Липа уже собиралась запереть за Гликерией, но из сужающейся щели послышался жалостный, дребезжащий, как крышка на кипящем чайнике, голосок Полуэктовой:

– Липочка, пожалуйста!

– А, Лидьиванна, заходите, здрасть.

Липа постаралась выглядеть приветливо, но по сердцу прокатилась холодная волна – ой, что-то случилось! И хорошо, если только понос у кота Дивуара.

– Вы можете уделить мне несколько минут?… Здравствуйте.

– Да пожалуйста. Раз гости ушли, то чего ж нет.

– …И я не выдержала! Я ее прогнала. – Полуэктова в полузабытьи мотала непривычно растрепанной седой головой. – Я, кажется, даже на нее кричала… Но это было выше моих сил… Я этой девчушке…

«Я бы не стала ее так называть, даже несмотря на возраст», – подумала Липа.