– А, Олимпиада Иннокентьевна, – озарился улыбкой Гусляров, когда Липа сунула нос в дверь. – Вы зайдите, посидите… Я сейчас.

Он быстро промелькнул мимо Липы, и минут пятнадцать она сидела в его кабинете, озираясь.

К сожалению, ничего говорящего о личных привязанностях РДГ-2 в кабинете не было – календарь на стенке был простенький, никаких фотографий на столе – спартанская обстановка. Ну, понятно – карающие органы… Тут не до сантиментов.

– Олимпиада Иннокентьевна, – Липа вздрогнула, оглянувшись на голос Гуслярова, – пройдемте к начальству.

«Ну чего ты меня все по отчеству да по отчеству… Я что – старая?! Я особа старшего девичьего возраста!»

– Олимпиада Иннокентьевна, вот вам от нашего управления. – Седой полковник вынул откуда-то из-под стола пакет и протянул его Липе. – За проделанную работу.

– Да вы это зря – мне же должны гонорар заплатить, – сделала очень-очень честные глаза Липа…

– Нет, мы специально узнавали – гонорары там не платят, так что… Спасибо вам еще раз.

– Пожалуйста, обращайтесь, – сказала Липа, принимая подарок.

«Тяжелый… И что они там придумали?»

– Да, вот об этом я и хотел с вами поговорить… Вы сейчас где работаете, если не секрет?

– Да вроде и нигде… Там-сям. Сейчас в отрасли застой. Специфический бизнес, знаете ли. Люди экономят на необязательном, в том числе и на литературных продуктах в пользу продуктов питания.

– Так, ясно… А как вы смотрите на то, чтобы постоянно работать в органах внутренних дел?

– Мм, а в каком качестве? – несказанно удивилась Липа, даже и не пытаясь угнаться за собственной нижней челюстью.

«Во – тайный агент, кличка Липа! Посиделки в маленькой комнатке и на меня, что ли, тоже действуют?!»

– Нам с нового года дали единицу – должность пресс-секретаря. В целях оживления связей с общественностью и средствами массовой информации, для создания положительного образа сотрудника милиции.

– А что, – сказала Липа чуть сдавленно, – мне такая работа близка.

– У вас ведь профильное образование?

– Да, с этим у меня все в порядке. Профессиональные награды имеются.

– Неужели? Прекрасно! Но если вам надо подумать, мы вас не торопим. Шаг этот важный.

«Ага – бывших разведчиков не бывает… Или это про другое?»

– Да, я-то в принципе совсем не против, мне здесь вполне психологически комфортно. Тем, на которых я могла бы показать свое мастерство, у вас хоть отбавляй… Просто я должна обдумать, как сочетать работу в милиции с другими моими обязанностями.

– Это с какими, например? – чуть напрягся полковник.

– Ну, коль скоро я журналист, и довольно известный, люди приходят ко мне со своими проблемами, я должна как-то отзываться, что-то предпринимать… Социальная миссия.

– А, это похвально. С телевидением вы контакт имеете?

– Ну да, – насупилась Липа, будто глядя внутрь себя, – небольшой, но положительный. Связь с коллегами я налаживаю быстро.

– Так вот вы и подумайте – мы пока человека искать не будем.

– Я вас поняла, – пробормотала Липа, сдерживаясь из последних сил, чтобы не расплыться в довольной улыбке и не броситься – прямо через широкий стол – на шею седому полковнику. – Я извещу вас о моем решении в течение двух дней.

– Так, – сказала Липа грозно, останавливаясь на пороге кабинета Гуслярова.