— Обратите внимание, — восхищенно воскликнул Иннокентий Павлович, останавливаясь, — что внешняя обшивка из шлифованного песчаника на пирамидах уже отсутствует! Это опровергает традиционную датировку их постройки и сдвигает ее еще, как минимум на два-три тысячелетия назад!

— Какая прелесть! Но если мы и дальше будем торчать посреди пустыни столбиками, словно глупые суслики, мы определенно, отыщем проблем! — остудила его археологический пыл Ольга.

— Нужно ехать! — поддержал ее Абу, нервно оглядывая горизонт. — Разбойников много, а нас мало.

— А кто спорит-то? — искренне возмутился Иннокентий Павлович, в котором так не к месту вдруг проснулся профессор кафедры древней истории и всадив пятки в бока своего верблюда погнал того мелкой рысью вперед.

Памятуя о том, что было сказано в папирусе, найденном Абу, они не поехали к самим пирамидам, а сразу свернули к Большому Сфинксу. К несказанному удивлению Иннокентия Павловича гигант, высеченный из песчаника, не был занесен песком, а выглядел так словно территорию вокруг него каждое утро мели дворники. Лицо исполинской статуи, в отличие от ее растиражированных по всему свету изображений, было все еще цело. Время и уникальный климат египетской пустыни берегли его для безмозглых Наполеоновских канониров.

— Если память мне не изменяет, Некра прочитал в папирусе что-то о загадке? — повернулась Ольга к Иннокентию Павловичу. — Что это может быть за загадка?

— Фи, барышня, стыдно! — скривился ехидный старик. — Это знает любой даже самый дремучий пятиклассник! Сенсей, скажи!

— Кто утром ходит на четырех, днем на двух, а вечером на трех ногах? Ответ — это человек. Ребенком он ползает на четырех, в период расцвета ходит на своих двоих, а став стариком опирается на палку. Годится для тупого пятиклассника? — покосился Сенсей на Иннокентия Павловича.

— Входа нет нигде! — подъехал к ним Абу, который к тому времени уже успел несколько раз объехать огромную статую.

— Имеем в активе следующую комбинацию чисел — четыре, два, три, — задумчиво пробормотал Иннокентий Павлович. — Эй, кто ни будь, помогите мне спуститься, с этого чертова корабля пустыни на бренную землю!

— Между прочим, у сфинкса в отличие от нас четыре ноги, то есть лапы, — заметила Ольга, внимательно оглядывая заднюю конечность сфинкса.

Сенсей достав папирус Абу, протянул его Иннокентию Павловичу:

— Профессор, если вас не затруднит, огласите, пожалуйста, отрывок который нам зачитывал Некра.

— «Достигнув Повелителя Ужаса, дай верный ответ на его загадку. Уцелевшему откроется тайный путь, который приведет его к Сокровищам Древних Богов», — довольно бегло перевел Иннокентий Павлович.

— Не нравится мне это словечко — «уцелевшему»! — задумчиво пробормотал Сенсей. — Оно подразумевает, что кто-то в процессе решения загадки не уцелеет.

— С таким настроением нельзя пускаться в сомнительные авантюры! — фыркнул, словно рассерженный кот Иннокентий Павлович.

— Это еще почему?

— Сам не маленький, понимать должен — удачу отпугнешь!

— Хватит спорить! — прикрикнула на спорщиков Ольга. — Я предлагаю всем разойтись и внимательно осмотреть поверхность сфинкса на высоте человеческого роста.

— Она дело говорит, — кивнул Иннокентий Павлович. — И обратите особое внимание на все четыре лапы нашего друга.

Сенсей, Ольга и Иннокентий Павлович рассредоточились для того, чтобы не отвлекать, друг друга и принялись внимательно изучать бока и лапы сфинкса.