Минут через десять Градов выехал на шоссе, ведущее к Москве, - так значилось на указателях. Мысли о встрече с ГИБДД он упорно гнал прочь. Без прав, в чужой машине, в окровавленной одежде, с пистолетом... Борис подумал, а не выбросить ли оружие... Но все же решил оставить. Семь бед один ответ. Если его остановят, в любом случае не отпустят с миром.

Его не остановили. Он катил к своему дому, зная, что люди Бека непременно явятся туда.

Оставив машину у подъезда, Борис бросился вверх по лестнице (к счастью, запасные ключи хранились в тайничке под почтовыми ящиками). Влетев в квартиру, он переоделся, схватил лежавшие на столе чистые дискеты, подобрал выпавшие из тумбочки во время погрома-обыска пятьдесят с чем-то рублей, и выбежав на улицу, зашагал прочь. Когда он сворачивал за угол, к дому подрулили две иномарки, из которых высыпали господа в кожаной упаковке. Борис усмехнулся.

Из автомата он позвонил Андрею Мезенцеву. Тот отозвался сразу, будто ждал звонка.

- Да...

- Андрей? Привет, это Градов.

- А, Микки Спиллейн... Куда ты задевался? Я два раза заходил. Теперь не знаю, когда увидимся, уезжаю...

- Куда? - прохрипел Борис.

- На недельку-другую к морю, выпросил отпуск...

- Когда?

- Через три часа поезд, старичок. Сижу на чемоданах.

- Я сейчас подъеду...

- Зачем? - удивился Мезенцев. - И по двести грамм принять не успеем. Вот вернусь, посидим...

- Жди. - Борис повесил трубку и направился к станции метро.

Увидев Градова, Мезенцев долго не мог вымолвить ни слова.

- Что с тобой? На тебя напал Рэмбо или ты угодил в свой роман?

- И то и другое, - Борис прошел в комнату и рухнул в кресло. - Слушай, даже хорошо, что ты уезжаешь. Я поживу у тебя эти две недельки, о'кей?

- Да живи, какие проблемы, - дернул плечом Мезенцев. - А что это ты из дому сбегаешь? Благоверной у тебя нет, свобода...

- На меня наехали, Андрей.

- На тебя? - Мезенцев рассмеялся. - Ну и ну... Что вымогают, рукопись? Нетленку?

- Тебе смешно... - проворчал Борис. - Да ничего они не вымогают. Просто поцапался с ребятами, обещали голову отвинтить. Думаю, за две недели уляжется...

- Понял, не дурак, - хохотнул Мезенцев. - Был бы дурак, не понял бы... Ладно, устраивайся, жертва мафии. Консервы и макароны на кухне, кассеты в нижнем ящике, компьютер знаешь где. Но без продыху не играй, волосы вылезут. Деньги-то есть у тебя или голый удрал?

- Ни копья. А с работы меня, наверное, уже за прогул выгнали. Да и боюсь я там появляться, подкараулят...

Мезенцев вытащил из кармана сотенную бумажку.

- Больше не дам, самому на девушек не хватит. Живи, экономь, как Матроскин. Держи. - Он бросил Борису ключи, тот поймал их на лету. - И желательно разборок в моей квартире не устраивать. Или хоть чистоту соблюдай, будут трупы - аккуратненько расчлени, в мешок и в мусоропровод...

- Постараюсь...

- А теперь - извини, старичок, пора. - Мезенцев подхватил чемодан. Не падай духом!

Он ушел. Борис, вытянувшись на кровати, закрыл глаза.

31

Конфискованный у охранника пистолет Градов положил в ящик стола (оставалось ещё четыре патрона). Усевшись перед компьютером, Борис задумался.

Конечно, долго находиться в квартире Мезенцева нельзя. У подручных Бека записная книжка Бориса; хотя телефона Андрея в ней нет (Градов и так его прекрасно помнил), они пройдут по цепочке связей. Единственный шанс на спасение - секретный файл. Если Борису удастся определить, за чем охотятся мафиози, он, возможно, сумеет что-то им противопоставить, хотя бы выберется из кромешной тьмы.