— Да. Счастье, что она жива.

— О чем ты? Что с ней могло случиться?

— Все, что угодно, ведь она пошла за эльфийским кладом, — ответил Клахар и, протянув лапу, безмолвно подозвал одного из волчецов, оставшихся без седока. Зверюга с радостью подчинилась.

А Джок подумал: «С двадцатью орками против троих человек? Даже если все они такие же бойцы, как юродивый, двадцать орков им не одолеть. Счастье, говоришь? Это звучит так, словно ты был уверен в ее смерти…»

Оседлавший волчеца Клахар метнул на Джока быстрый взгляд. Подозрительно быстрый… И Длинный Лук понял, что верна была его догадка, смутно мелькнувшая в голове, когда он решил вновь облачиться в доспехи Рота. Калунам, отправлявшимся с Истер, был тайно отдан особый приказ…

— Ты говоришь, она жива — ты точно это знаешь? Наблюдаешь за ней? — спросил Джок, довольно удачно скрывая свои чувства.

— Не за ней, за калунами. Ракош я видеть не могу, — ответил Клахар, явно с охотой сменив тему.

— И что там случилось, у горы?

— То, чего я не мог ожидать, — медленно ответил великий шаман. — Трое путников перебили всех орков. Первозданная Сила поддержала их… Но Ракош спаслась. Я не хотел говорить тебе перед боем.

— Разве такое возможно? — удивился Джок.

— Оказалось, что да. Первозданная Сила поистине творит чудеса… Бой случился у самой горы, там пришелец и его спутники были непобедимы. Но, думаю, мы сможем их одолеть если соберемся все вместе: ты, я и Ракош. Хотя мне и не нравятся возмущения Силы…

— Где она сейчас? — перебил Джок.

Клахар пожал плечами. Не знаю. Но, думаю, спешит к замку. Туда же едут и трое драконоборцев. И гвардейцы графа, и мы. Все решится там. И нужно поторопиться: боюсь, пришелец с кладом опередит Ракош. Мы должны подготовить ему теплую встречу.

Джок чуть было не сказал: «Вот видишь, не зря я вас торопил», — однако мысли были заняты другим. Полной уверенности он все равно не испытывал, но теперь мог вздохнуть спокойнее: даже если Клахар и замышлял избавиться от Истер, то теперь, убедившись в силе врагов, он и помыслить не посмеет о подобном. Он нуждается в своей Ракош. Хорошо. Как только юная ведьма вернется, Джок поделится с ней подозрениями, а уж она сумеет раскусить вождя Дома Калу.

Подъехавший Раххыг, тяжело дыша, доложил:

— Они скрылись. Хыг-бишу, не знаю, как им это удалось, но их нет нигде. Справа и слева тоже оказались ловушки. У нас общим счетом больше ста убитых, столько же раненых, а у них — ладно, если больше десяти. Да вот еще люди, гляжу, поразвлеклись, дотх-ши к'ашн, десятка два порубили.

Клахар кивнул и обратился к Джоку:

— Возьми своих людей, нам понадобятся все силы.

— Я не хочу брать с собой трусов.

— Трусы — хорошее мясо на убой. И рядом с ними слабые чувствуют себя героями. Под стенами замка нам пригодятся все.

Они вернулись на луг, откуда вела дорога к Рэдхэндхоллу. Джок призвал Вольницу и построил ее перед холмом, отделив Гуччо и тех, кто последовал за ним в бой. На остальных же обрушился с краткой, но прочувствованной речью:

— Хороши, нечего сказать! — рычал он, проезжая перед неровным строем. — Я что, могу положиться только на восемьдесят человек? Почему вы не поддержали Гуччо?

— Вы не давали такого приказа, ваше величество, — откликнулся Череп.

Джок остановился перед ним.

— Бен, — ласково сказал он. — Я хорошо знаю, что ты не такой дурак, каким хочешь казаться. Я бы и не посмотрел на это, если бы твое дуракаваляние касалось только тебя.