Теперь гвардейцы удирали, стремясь в просвет между лесочком и холмом. «Уйдут!» — понял Гуччо и крикнул:

— По коням!

Он был уверен, что с вершины холма за ним последует разве что Бобби, так оно и случилось. Но по крайней мере дюжин шесть или семь разбойников у подножия не посмели ослушаться и мигом оседлали своих скакунов.

— За мной!!!

Впопыхах Гуччо сел на чужую лошадь, но скотинка упрямиться не стала. Маленький отряд обогнул холм с запада. Из-за густых зарослей ехать пришлось цепью, по два—три человека, зато и заметили их не сразу.

Они успели ударить точно в середину отступающего войска. По рядам гвардейцев пронеслись крики, и тогда Гуччо, не выпуская поводьев, сунул в рот два пальца и оглушительно свистнул. Кобылка под ним чуть не споткнулась. Разбойники подхватили свист, завыли, загикали. Безумная атака, но поди-ка разгляди ночью, среди густых кустарников, что на тебя нападает впятеро меньше людей! Особенно если на пятки наступает погоня, заметно превосходящая числом.

Гуччо разрубил ключицу первому гвардейцу. Второй ткнул пикой, он увернулся, перехватил древко, отразил удар мечом справа и резанул копейщика по лицу. Тот с воплем свалился наземь. Вторым взмахом мечник справа чуть было не достал Гуччо, но он, немыслимо извернувшись в седле, закрылся и теперь, после чего ткнул в лицо противнику древком пики. Тот пригнул голову, и Гуччо полоснул его по бедру. Неприятельский конь шарахнулся в сторону, кобыла тоже чем-то оказалась недовольна, бойцы разошлись.

Гуччо перехватил пику, поудобнее. Следующего гвардейца он поразил уколом в шею сбоку, еще одному снес голову. Со всех сторон уже вовсю кипела резня. Вдохновленные примером вожака, воины Зеленой Вольницы дрались как львы, но и гвардейцы быстро опомнились. Странно, что до сих пор орки не настигли их, а ведь Гуччо помнил: ездовые твари чудовищ бегают быстрее лошадей. Крики «схаас» раздавались неподалеку, но не приближались, и Гуччо понял, что на опушке лесочка орков поджидала засада.

Потом он узнал, что его догадка оказалась верна. Гвардейцы Рэдхэнда увлекли орков к тому месту, где меж древесных стволов засела сотня лучников. Лучники у графа были как на подбор, что и неудивительно, ведь по большей части это были ополченцы из окрестных селений, перешедших под власть сэра Томаса. А их мужское население в немалой степени состояло из обратившихся к мирной жизни людей Висельника. На ста шагах они не знали промаха и выпускали третью стрелу, пока первая еще не достигала цели.

Длинный Лук сразу понял, что бегущие гвардейцы сейчас развернутся. Пространство между лесом и холмом не позволяло использовать численное преимущество орков, поэтому он велел Раххыгу с его сотней перебить лучников, а сам с остальными продвинулся дальше, ожидая атаки.

Волчецам лес не помеха, но тут выяснилось, что гвардейцы и в короткий срок сумели подготовиться на славу: вдоль опушки были разбросаны «ежи», из кустов торчали закрепленные в наклон копья, а между стволами натянуты веревки. Не дожидаясь распоряжения, Клахар отправил на выручку Раххыгу две сотни иджунов. Впустую — бойцы застревали на опушке, а смертоносный ливень все не прекращался, должно быть, у каждого лучника было при себе два, а то и три колчана. Орки стреляли в ответ, но, как бы хорошо они ни видели ночью, отыскать цель в лесной темени было очень непросто.

А гвардейцам впереди уже было не до атаки — они сами подверглись нападению. Вот чего Длинный Лук не ожидал, так это действительной пользы от людей, отправленных им на холм: появление орков слишком потрясло их. Джок узнал залихватский свист Гуччо и даже разглядел начало боя. Воинов Зеленой Вольницы было слишком мало!

— Клахар, ты и половина орков — за мной, остальным — окружить лучников, — приказал он и послал волчеца вперед.