– Ну, – прикинула Луиза, опустив одну руку в воду, – наверное, во все горло позову на помощь!

Фергус рассмеялся:

– Прямо как Мари-Луиза!

Ну вот, снова! Но почему-то Луиза была слишком погружена в состояние неописуемого удовольствия, чтобы проявить свою обычную реакцию. Должно быть, виновато теплое море, полное звезд небо.

Они плыли около часа, пока Фергус не поставил лодку с подветренной стороны островка.

– Здесь, пожалуй, остановимся!

Фергус бросил якорь в песчаном заливе, где почти к самой кромке воды спускался зеленый кустарник. Луиза ждала, пока Фергус насадит наживку и отдаст ей удилище.

– Не нужно забрасывать далеко. Просто опустите рядом с бортом. Здесь приличная глубина.

Луиза стыдилась все более навязчивой мысли, что ей приятно сидеть здесь, под защитой маленького острова, не заботясь, поймает ли она что-нибудь на опущенную в воду леску. Ей достаточно смотреть на Фергуса, на его мужественный профиль, четко вырисовывающийся на фоне темно-синего ночного неба. Просто быть с этим человеком… Она резко оборвала себя.

Фергус только забросил удочку, как удилище сильно дернулось, и чуть позже он вытянул на борт лодки блестящую макрель.

– Какая огромная! – воскликнула Луиза при виде большой серебристой рыбы, которая билась на мешковине у ее ног. – Наверное, дядя Джордж с удовольствием зажарит ее на завтрак!

– На самом деле… – Фергус снял с крючка рыбу, – и правда большая. Завтра я закопчу его в домашней коптильне, для жарки лучше подходит макрель поменьше. Ну, ночь только начинается.

Он, должно быть, знает, о чем говорит, подумала Луиза, поскольку вскоре Фергус одну за другой выловил с полдюжины макрелей поменьше вкупе с морским петухом, переливающимся всеми цветами радуги.

– Это несправедливо, – пожаловалась Луиза, – у них новая приманка и весь… – Она запнулась, потому что удилище в ее руках сильно дернулось и согнулось. – О, кажется, клюнуло, но он ушел, – разочарованно сказала она. – Нет! Опять!

– Быстрее, быстрее сматывайте катушку! Держите леску натянутой. Вероятно, это кавахаи, и они клюют здесь повсюду! После первого рывка думаешь, что упустил их, а потом бац! – они носятся с твоей леской по всему заливу. Чувствуешь что-нибудь?

– Да… нет. – Луиза быстро сматывала леску.

– Он водит твою леску, вероятно, все еще на крючке.

– Да! Да! – Луиза потянула леску и почувствовала сопротивление крупной рыбины.

– Теперь я возьму!

С облегчением она отдала удочку Фергусу.

После недолгой игры кавахаи наконец показалась на поверхности, и вскоре длинная узкая рыбина перелетела через борт лодки.

– Последняя. – Фергус бросил рыбу в ведро с грудой сверкающих макрелей. – Хватит, пожалуй. – Они смотали лески и выбросили оставшуюся приманку в море, где ее немедленно подхватили парящие чайки.

«Как будто мне жаль, что поймали столько рыбы и приходится возвращаться», – размышляла Луиза, откладывая удочку. Сегодня с Фергусом было весело. Он не всегда ведет себя высокомерно и властно. Он мог быть совсем другим человеком, даже очень симпатичным. Луиза потеряла осторожность, поддавшись его обаянию.

Они поплыли к крошечному островку. Потом двигатели заглушили, и лодка дрейфовала в плеске волн о полумесяц пляжа из белого песка.

Фергус бросил якорь и вскинул на плечо мешок с рыбой. Потом спрыгнул с лодки.

– Пошли, – приказал он прежним приказным тоном.