В комнате она подошла к окнам и широко распахнула их, впуская чистый свежий воздух, благоухающий ароматом чайного дерева и сосен. Луиза стояла, пристально вглядываясь в плодородные зеленые пастбища, где паслись черные бычки, на высокие холмы под ярко-синим небом. Ее поразила чрезвычайная неподвижность, мертвая тишина, извлекающая скрытую в ее душе глубокую муку. Поэтому она испытала облегчение, когда тягостную тишину нарушил незнакомый грохот.

Луиза вернулась в гостиную, где Пол выкладывал на тарелку холодного жареного цыпленка.

– Что за шум? – с любопытством спросила Луиза.

– О, это! – На секунду синие глаза сокрыли тяжелые веки. – Просто какие-то сельскохозяйственные машины. В округе несколько ферм, в основном на холмах. Отсюда их не видно. Эй, у меня не хватает чистых тарелок!

– Сейчас займусь. – Луиза направилась к мойке, заваленной посудой.

– Сойдет и одна, – сказал Пол, но Луиза уже нашла кухонное полотенце, моющее средство и наполнила раковину горячей водой. Она погрузила покрытые коркой грязи тарелки и блюда в пенистую жидкость, и скоро они были вымыты и сверкали.

Как только пол был подметен, а со стульев и гардероба исчезла грязная одежда и газеты, комната невероятно преобразилась. Ветерок с холмов, ворвавшийся в открытые окна, унес с собой несвежий затхлый воздух.

Пол купил в Кайкохе готовый салат из капусты. Луиза съела холодного цыпленка и выпила стакан вина, как объяснил Пол, сделанного соседями-хорватами из местного винограда. Затем, несмотря на вялые протесты Пола, Луиза настояла на уборке.

Она мыла столешницу, когда внезапно он стал позади нее, обнял за плечи, прижался лицом к ее волосам.

– Вы прекрасно смотритесь на моей кухне, словно у себя дома! Не представляю, как мне удавалось так долго обходиться без вас!

– Это я? Прирожденная прислуга?! – С принужденным смехом Луиза выскользнула из его рук. – Не отнимайте время у горничной, – весело сказала она, – или мы проведем здесь всю ночь.

– И что такого?

На секунду она подумала, не ошиблась ли, приехав в это одинокое место с Полом Хенсоном. Что, в конце концов, она знает о нем, кроме факта, что дядя и тетя полностью доверяли ему! Разумеется, одно это должно ее успокоить. Но почему-то не успокаивало.

Вслух она пробормотала:

– Кроме того, я хочу хорошенько осмотреть ферму, каждый ее уголок. – Луиза умолчала, как ей необходимо забыться в повседневных делах. Вдруг, посмотрев в открытое окно, она заметила в загоне рядом с домом двух лошадей: гнедого мерина и вороного пони. – Разве мы не можем проехаться верхом?

– Верхом? – Пол выглядел удивленным. – Наверное, – нехотя произнес он, – если хотите. Можно соединить приятное с полезным и объехать пограничную ограду. Я смогу даже отыскать своих овец, соседи постоянно сообщают мне, что они бродят где-то на холмах. А вы занимаетесь верховой ездой?

– Нет, – призналась Луиза с улыбкой, которая не затронула глаз, – но попробую. Всегда бывает первый раз, а я всегда хотела научиться. – Знакомая мысль пришла ей в голову – сейчас полезно все, что избавит от воспоминаний. Луиза с любопытством спросила: – Разве обычно вы не объезжаете границы своих владений верхом?

– Черт, нет! Только на «горном козле»!

Луиза вышла из задумчивости:

– На «горном козле»?

– Ну да. Вид легкого мотоцикла. Его придумал кто-то из местных, и он меня вполне устраивает – намного удобнее, чем полдня гоняться за лошадьми. Я держу лошадь и пони для Дэйл. Это одна моя знакомая городская девушка, она ради верховой езды иногда приезжает с подругой глотнуть деревенского воздуха.