Энергеты внимательно посчитали всё, даже кристалл накопителя, опустошённый подполковником Куропаткиным, и возможную подпитку конструктов со стороны более слабых энергетиков, находившихся рядом. Но общая цифра никак не складывалась. Получалось на поле боя был кто-то третий?

Для того, чтобы хоть как-то прояснить вопрос, рядом с территорией полка нашли озеро, диаметром чуть больше тридцати метров, и глубинами до двух метров, где было примерно триста тысяч литров воды, так как одна единица — приравнивалась к литру воды.

При этом возможным влиянием берегов и воздуха решили пренебречь, но дотошный профессор Абрамов, сосчитал всё до мелочей получив цифру триста тридцать тысяч.

Расстояние между озером и людьми сначала хотели сделать точно, как в том бою, но инструкция не предполагала никаких вариантов, и комиссия и испытуемые отошли на пятьсот метров, как и было положено.

Сначала, как и полагалось по ранжиру ударил подполковник Куропаткин. Сергей Николаевич ударил от всей широты души Огненным смерчем, который напитал своей силой и энергией кристалла.

— Отлично! — Воскликнул член комиссии Командор Гурджиев, глянув через плечо оператора на стрелки приборов «Полевого наблюдательного энергопоста» завода «Энергосила». — До ста тысяч чуть — чуть не дотянули, товарищ подполковник. — И повернулся в сторону Александра. — От вас, советник мы таких подвигов не ждём, но хотя бы на пятьдесят тысяч нужно расстараться, иначе мы отправим представление на лишение вас ранга советник.

И было в его голосе и лице столько нескрываемого пренебрежения, что холодная ярость вскипела в Александре бешеной волной, сметая все барьеры осторожности.

Психоэнергетическая магия во многом была основана на воображении самого мага, поэтому, когда из пальцев протянутых рук Александра к поверхности озера потянулись тонкие туманные жгуты и накрыв всю гладь озера, и уже оттуда вспухли миллионами тонких игл, выстреливших прямо в небо. Пару секунд они вытягивали всё тепло до которого могли дотянуться, и разом отдав его озеру нагрели воду до температуры кипения.

— Ухи бы сейчас… — Задумчиво произнёс глава комиссии, председатель научного совета Красной Звезды командор Гурджиев, когда дуновение ветерка донесло до комиссии запах от озера, которое ещё продолжало булькать. — Сто лет, наверное, не пробовал волжской ухи. — И словно очнувшись окликнул наблюдателя. — Сколько там Виктор Сергеич?

— Так примерно от трёхсот, трёхсот восьмидесяти и выходит. — Задумчиво произнёс оператор поста наблюдения. — В воздух много ушло, да в землю. Но за триста двадцать можно твёрдо ручаться.

Гурджиев очень внимательно посмотрел на Александра, и неожиданно для всех низко поклонился, сложив руки перед грудью.

— Спасибо за урок, досточтимый. Неожиданный и весьма ценный.

Гурджиев был настоящим исследователем и допуски имел хорошие, поэтому уже на следующий день, ему доставили личное дело Мечникова, под конвоем двух охранников, которое он в их присутствии прочитал, и не делая пометок, отдал обратно.

Но и так вся картина наконец-то сложилась у него в голове. Парень не сжёг себе источник, а обнулил, что на самом деле не одно и то же. Каналы и прочее восстановилось бы само собой, и возможно в прежнем объёме, но вот когда парень воевал с некром на морском берегу, ухитрился поглотить его сущность, что и сложило плюс с минусом, и произвело действие равнозначное вышибанию пробок у электрического прибора.