— Ой, Семен... — поникла Инга. — Он неделями не уделял мне внимания. Он такой деловой... для постели у него и сил не оставалось... Да о чем мы говорим, Сашенька! Мы столько не виделись! Возьми же меня! — Она порывисто подалась к нему.

Таранов вновь отстранил ее.

— Сядь, Инга! — предложил он. — Нам надо поговорить.

— Да о чем говорить-то... — заикнулась было Инга, присаживаясь на диванчик. И примолкла, заметив ледяной взгляд бывшего мужа.

— Видишь ли, Инга, — начал Сатар задумчиво. — Я долго анализировал наши с тобой отношения. И пришел к выводу, что любовь наша всегда была платной. Точнее, это я оплачивал твою любовь. Оплачивал московской пропиской, шикарной квартирой, своим общественным положением, деньгами, наконец... я ведь прилично зарабатывал для тех времен. И, главное, я всегда знал, что любовь наша — платная. Что ты любишь меня за... за деньги. За материальное благополучие, вернее. Что ты в отношениях со мной — купленная женщина. Проститутка. Я это всегда знал и всегда гнал от себя эти мысли. Прятал голову в песок, как страус. Допрятался...

И вот теперь я опять купил тебя. За дикую сумму в миллион долларов, которая досталась мне... впрочем, тебе не обязательно знать как. Но я тебя купил. Так покупают кусок говядины. И ты, купленный кусок говядины, снова готова меня любить. Потому что у меня есть этот особняк, потому что у меня есть машина иномарка, потому что у меня есть доллары... ведь ты же не веришь, что я отдал за тебя последние.

— Саша!.. — произнесла Инга жалким голосом.

— Заткнись! — рявкнул Сатар. — Заткнись и слушай! Говорить будешь, когда тебя спросят! Поняла?!

— Поняла... — всхлипнула Инга. Она еще на что-то надеялась.

— Так вот, продолжаю, — успокоился Сатар. — Знаешь, когда мы только расстались, я очень тебя хотел. Точнее, думал, что хочу. Я буквально грезил тобой, представлял, как я тебя трахну — хоть за деньги, хоть как угодно. Так было до определенного момента... Ты даже снилась мне тогда... И вот я заплатил за тебя и теперь имею право воплотить сны в реальность...

— Так воплоти! — умоляюще воскликнула Инга.

— Знаешь, не хочу... — полупечально-полубезразлично усмехнулся Сатар. — Вот сейчас абсолютно точно понимаю: не хочу. Нс желаю платной любви. Не желаю делить ложе с проституткой. А еще могу открыть тебе один секрет. У меня было намерение отомстить тебе. Просто отомстить. Каким образом? Зверски затрахать тебя, довести до полной прострации. Истрахать в кровь, в сопли, чтобы надолго убить твою похоть, чтобы еще полгода после этого тебя от одного слова «секс» бросало в дрожь. Я способен так сделать, я теперь на многое способен... очень на многое. Двадцать мужиков не сумеют сотворить с тобой такое, что сумел бы сотворить я, поверь... И... даже этого не хочу! Даже мстить тебе! Не интересна ты мне больше, Инга. Ни в каком качестве не интересна.

— Так... ты меня выгонишь? — в ужасе пролепетала Инга.

— Нет, я тебя еще не отпускаю. Посиди здесь. Есть еще один человек, который имеет к тебе счет. Этот человек и решит твою судьбу.

Сатар вышел из холла, заперев дверь снаружи. Инга огляделась. На окнах решетки, второй этаж, не сбежать. Да и куда бежать? Здесь страшно, но одной на улице — еще страшнее...

Сатар зашел в комнату к Гарику.

— Вот что, старик, поезжай-ка ты по этому адресу, — он протянул Сычову листок бумаги. — Передашь от меня записку. Там живет женщина, молодая женщина, красивая... Любой зовут. Пусть она записку прочитает и, если согласится, приедет с тобой сюда.

— А если не согласится?

— Что ж... Извинись — очень вежливо извинись, гляди! — и попроси для меня разрешения позвонить ей.