Еще через пять минут бабенция повела Хорхе в номер. Посреди комнаты стоял широкий траходром. Неряшливо заправленный. Кресло. Опущенные жалюзи. На траходроме шлюха.

Хорхе замер на пороге. Уставился на шлюху. Худая. Нос маленький. Раньше, походу, симпотная девка была. Сейчас — бесцветная. Одета в серый лен. Черные чулки. Микромини-юбка. Шпильки. Типичнейшая минетчица.

Нет, ошибся. Она все же ничего, симпатичная, да и смотрит на него во все глаза, так же как он на нее.

— Привет! — сподобился Хорхе.

— Привет, красавчик! Как дела? Твой первый раз здесь?

Сильный акцент выдавал в ней уроженку Восточной Европы, но разобрать можно. Супер. Хорхе специально попросил дать ему девочку, говорящую по-шведски.

— Сколько стоит минет?

— Четыреста. Для тебе. Ты — пупсик.

— Хорош нести лабуду. Я дам тебе пятьсот. А ты мне за них кое-что расскажешь.

— А что? Хочешь, я говорила плохие словечки?

— Чё?! Не, я хочу, чтоб ты рассказала мне, как попала в Швецию.

Девица напряглась. Не ожидала. Походу, в беседах ей было велено ограничиться сабжами «ебли», «хуя» и «пизды», о прочем — ни-ни.

Хорхе попытался успокоить ее.

— А, забей. Плачу триста за минет.

На том и порешили. Девица расстегнула ему ширинку на брюках.

Стянула вместе с трусами.

Член не подавал признаков жизни.

Принялась отсасывать.

Странное чувство. Смущение.

Хорхе не мог поверить — думал, вообще ничего не почувствует. Просил девку остановиться. Голова закружилась.

А девка точно не слыхала — сосет, как сосала. Вернее, слыхала, да только ей дела нет, что клиент побледнел и осел на кровать.

Минуты две помолчали. Потом Хорхе вынул лопатник.

Зашел по-новой:

— Так и быть, дам тебе штуку, если расскажешь мне о Ненаде. — И показал ей две пятихатки.

Неожиданно она согласилась. Видимо, решила: раз он заплатил за секс, значит, не из полиции. То есть превратился в привычное ей существо: клиент — он клиент и есть.

— Я мало знаю. У нас все слышал о Ненаде, — вяло отозвалась девица.

— Да? И что же вы о нем слышали?

— Ненад — босс. Ненад — опасно для жизни. Они его бояться.

— Кто — они? Девочки, которые тут работают, или сутенеры ваши?

— Да все: девочки, сутенеры. Клиент. Ужасные вещи творил. Служит на мистер Р.

Хорхе про себя: говорит много, а по сути — голяк. Спросил:

— И что же он такого натворил?

— Насильничал, бил, гадости, гадкие вещи заставлял девочкам. Все бояться. А я блювала на него.

— А сам мистер Р.? О нем говорят чего?

Девица глянула на чилийца. Ему показалось, что она улыбнулась.

— Мистер Р.? Говорят, он везде с пушком ходит, если кто поперек скажет, так прибьет. Он в Стокгольме босс. Более круче Ненада, который сутенерам босс, а те босс над нами. Они говорят, мистер Р. холодный, как отморозок. От него сила пахнет. От него воздух плохо воняет. Только они преувеличивают. Никакой он не холодный. И неплохо воняет. Он духами «Хуго Босс» воняет.

Хорхе посадил ее рядом с собой. Была в девчонке какая-то изюминка. Какая-то неуловимая, но была. Сто пудов.

Стук в дверь. Хорхе вскочил.

На пороге возникла мамка.