Гейб прошептал что-то на ухо горничной, и та, надув губки, поднялась с его коленей. Гейб же, встав из-за стола, проговорил:

— Хорошо, согласен и на клуб. Пойдем быстрее. — Молча кивнув брату, он следом за Мастерсом направился к выходу.

Как только они ушли, Джаррет заказал себе и Пинтеру по кружке лучшего бабушкиного портера и, усевшись за стол, пробурчал:

— Что ж, вот и хорошо, что они ушли. Без них спокойнее.

Сыщик молча пожал плечами. Потом вдруг спросил:

— Значит, завтра, милорд, вы отправляетесь в Бертон? Я правильно все понял?

Джаррет, нахмурившись, кивнул:

— Да, все верно. Завтра отправляюсь. Хочу взглянуть на пивоварню «Лейк эль».

— Но ваши планы, похоже, удивили молодую леди, не так ли?

— Совершенно верно. Очень удивили.

Причем не только удивили, но даже испугали, — он тотчас же это понял. Мисс Лейк пыталась отговорить его от этой поездки, и было ясно, что она о чем-то умалчивала. Судя по всему, у них в доме происходило нечто такое, о чем ему, Джаррету, не следовало знать.

Но что бы там ни происходило… Джаррет сделал большой глоток портера. Что бы там ни происходило, он непременно об этом узнает. Да-да, он все выяснит, раз уж ввязался в такое дело. И действительно, нельзя же заниматься коммерцией с закрытыми глазами. Слишком многое было поставлено на карту, и он обязан был знать, с кем имеет дело.

Но беседовать с сыщиком Джаррет собирался совсем на другую тему. Снова отхлебнув из кружки, он заявил:

— Пинтер, я хочу нанять вас.

— Для чего, милорд?

Вопрос был, совершенно естественный, и Джаррет вкратце обрисовал ситуацию и сообщил о версии Оливера. В целом она сводилась к тому, что якобы он, Оливер, поссорившись с матерью, довел ее до белого каления, а она в гневе убила отца. Брат просил рассказать Пинтеру все о том вечере, за исключением причины его ссоры с матерью, так что эту часть Джаррет опустил.

— Так что, как видите, — подытожил он, — мне нужно, чтобы вы нашли конюхов, которые находились там в то время.

— Никто из них в Холстед-Холле больше не служит? — спросил сыщик.

— Нет, никто. Дело в том, что бабушка забрала нас всех к себе в Лондон после того… несчастного случая. — Он не желал называть инцидент убийством, что бы там ни утверждал Оливер. — И само собой разумеется, что после этого она распустила почти всю прислугу из поместья.

— Но ведь лорд Стоунвилл снова нанял их всех, когда достиг совершеннолетия и переехал в ваш дом в Актоне, разве не так?

Джаррет утвердительно кивнул:

— Да, все верно. Нанял всех, кроме конюхов. Так как те уже устроились в других местах. Полагаю, что после этого они разъехались по всей Англии.

Пинтер на минуту задумался, потом пробормотал:

— А может, и не разъехались. Видите ли, слуги обычно предпочитают оставаться там, где привыкли жить. И едва ли их придется искать слишком далеко.

— Что ж, тем лучше, — кивнул Джаррет. — Если вы поедете завтра в наше поместье, то наверняка сможете узнать у управляющего моего брата их имена. К счастью, они все у него записаны.

— Очень хорошо, — пробормотал сыщик. Потом вдруг спросил: — А в данный момент там никто не живет?

Джаррет невольно усмехнулся: он тотчас же понял, почему Пинтер задал этот вопрос.

— Нет, мои сестры возвратились в лондонский дом, чтобы заботиться о бабушке. А мы с Гейбом проживаем в холостяцких квартирах. — Немного помедлив, Джаррет добавил: — Так что Селия со своим острым язычком пусть вас не волнует.