Хетти внимательно посмотрела на внука. Было очевидно, что он искренне за нее беспокоился.

— Не хочешь ли ты сказать, мой дорогой, что от преисподней мне не отвертеться? — спросила она с усмешкой.

Джаррет пожал плечами:

— Возможно. Но ты должна следить за своим здоровьем, — добавил он поспешно. — А если будешь нервничать из-за сплетен мистера Крофта, то тебе станет только хуже.

Хетти невольно вздохнула. Этот наглый щенок даже не представлял, как трудно в ее возрасте уйти в тень, передав бразды правления другому.

— Ладно, хватит говорить о моем здоровье, — проворчала старуха. — Лучше скажи, что ты здесь делаешь, в такой час? Я думала, ты провел вчерашний вечер, развлекаясь игрой в карты со своими плутоватыми дружками.

Джаррет досадливо поморщился.

— Похоже, мистер Крофт доложил тебе обо всем, причем с мельчайшими подробностями…

— Еще бы… Ведь я хорошо плачу ему за это. Итак, мой дорогой, что же заставило тебя подняться так рано?

— Я сегодня еду в Бертон.

Хетти насторожилась.

— Незачем?

Джаррет медлил с ответом. Наконец проговорил:

— Я хочу побеседовать с хозяином «Лейк эль». Надо договориться об условиях продажи их октябрьского пива Ост-Индской компании?

— И им тоже.

Хетти кивнула и задумалась. Значит, хорошенькая мисс Лейк действительно убедила внука рассмотреть ее предложение… Что ж, очень хорошо. Теперь предстояло решить, как разыграть эту карту.

Разумеется, ей, Хетти, не хотелось потерять пивоварню только из-за того, что Джаррету вздумалось уложить в постель приглянувшуюся ему мисс. Но с другой стороны, пивоварня Пламтри находилась в весьма затруднительной ситуации, и Хетти не знала, хватят ли ей сил, чтобы спасти ее. А вот у Джаррета это могло получиться. Кроме того, ей не так уж и хотелось получить пивоварню обратно в конце года. Гораздо важнее — женить внука. Вот этого ей по-настоящему хотелось. Но все же… Выдержит ли пивоварня такой эксперимент в столь тяжелые времена?

«А впрочем — не имеет значения! — подумала Хетти. — Да-да, пожалуй, стоит рискнуть. К тому же Джаррет очень даже неглуп, так что пусть проявит самостоятельность. Возможно, в конечном итоге все сложится наилучшим образом. Что касается этой женщины, то именно она и станет приманкой…»

Составив приблизительный план действий, Хетти с улыбкой взглянула на внука. Что ж, пусть отправляется в Бертон. Это будет очень даже неплохо со всех точек зрения. Ведь в конце концов пивоварение — его призвание, пусть даже она, Хетти, когда-то насильно отправила внука в Итон. С тех пор он мстил ей за это. И пусть, продолжает думать, что по-прежнему мстит. Главное — чтобы он ни о чем не догадался.

Снова улыбнувшись, Хетти проговорила:

— Знаешь, мне не очень хочется, чтобы пивоварня Пламтри ввязывалась в торговлю с Индией.

Джаррет нахмурился и пробурчал:

— У тебя нет права голоса.

«Вот это упорство! — мысленно воскликнула Хетти. — Что замечательно!»

— Но, Джаррет, дорогой…

— Возможно, эта сделка существенно увеличит наши доходы, — перебил внук.

— Или потопит нас окончательно. Ты ведь знаешь про ошибку Ходжсона?

Он утвердительно кивнул:

— Да, знаю. Но я знаю и кое-что другое. Например, «Оллсопп» в Бертоне имеет с этого дела неплохие доходы. Почему бы и нам не рискнуть?

— А если я запрещу тебе в этом участвовать? — спросила Хетти.

Внук еще больше помрачнел.

— В таком случае я верну тебе пивоварню.