— Они их и не носят. Не трогай, пожалуйста.

Вместо того чтобы послушаться, Алекс перебросил ткань через руку и отошел к окну.

— По-моему, я никогда не видел, чтобы и женщины такое носили, — заметил он, насмешливо взглянув на Кит.

— Ты прекрасно знаешь, для чего это, иначе не стал бы задавать эти дурацкие вопросы. Положите немедленно, сэр! — решительно заявила она, разрываясь между желанием выхватить ткань у Алекса из рук и нежеланием оказаться перед ним в полуобнаженном виде.

— Ого! Наконец-то ты обращаешься ко мне уважительно, — проговорил Алекс, насмешливо вскинув брови. — Скажи, зачем тебе это, и я положу.

Кит стиснула зубы от досады. И так сложностей хватает, а тут еще ему приспичило ее мучить!

— Не смейся надо мной! — взорвалась она, чувствуя, как щеки покрываются краской стыда.

— Я и не смеюсь, — ехидно ответил Алекс, усаживаясь на краешек ее кровати. — Всего несколько дней назад ты совершенно беззастенчиво ругалась, так что не изображай, пожалуйста, из себя скромницу. Я просто хотел, чтобы ты объяснила, для чего тебе эта тряпка.

Было ясно, что Алекс не отстанет от нее, пока она не даст ему вразумительного ответа.

— Хорошо. — Кит нахмурилась и вздохнула, размышляя про себя, что именно задумал Алекс: то ли собирается таким вот образом ее соблазнить, то ли просто решил над ней поиздеваться. — Я пользуюсь этой материей, чтобы стягивать грудь и таким образом быть больше похожей на мужчину.

Алекс ухмыльнулся и окинул грудь Кит быстрым взглядом.

— Здорово придумано. Так, значит, у тебя все-таки есть грудь?

— Ты опять издеваешься надо мной? — рявкнула Кит, стукнув Алекса ногой.

— Мне просто стало любопытно, — примирительным тоном сказал Алекс.

— А мне любопытно знать, — раздраженно продолжала Кит, — ты что, считаешь, что, роясь в моем нижнем белье, тем самым способствуешь сохранению моей чистоты?

— Я считаю, что ты сама прекрасно умеешь заботиться о ее сохранности.

— Ты считаешь меня ханжой? — обиделась Кит.

Алекс улыбнулся:

— Ну что ты. Даже в мыслях не было. И пусть поразит меня молния, если я вру. — Внезапно он вскочил и принялся ходить взад-вперед по комнате, явно чем-то обеспокоенный.

— Что случилось? — с любопытством спросила Кит, чувствуя, что агрессивности ее немного поубавилось.

— Что? — рассеянно спросил Алекс, поворачиваясь к ней лицом. — Ах да, я хотел задать тебе два вопроса.

Он снова уселся на ее кровать, теребя краешек простыни.

— Я слушаю, — прошептала Кит, глядя на его четкий профиль и чувствуя, как исступленно колотится сердце.

Алекс повернулся и, глядя ей прямо в глаза, неожиданно серьезно спросил:

— Тебе хочется возвращаться в Париж?

Несколько секунд Кит молча смотрела на него: подобного вопроса она никак не ожидала.

— Что-что? — спросила она наконец.

— Если бы ты была вольна поступать так, как тебе хочется, ты бы вернулась в Париж? В Сен-Марсель? В непрекращающуюся войну, которую устроил этот чертов Бонапарт?

— А куда мне еще возвращаться? — пожав плечами, спросила Кит. Простыня начала сползать с плеч, и хотя Кит была одета в ночную рубашку, под пристальным взглядом Алекса все же чувствовала себя абсолютно голой.

— Ты можешь остаться здесь, — неторопливо проговорил Алекс, глядя в окно, — в Англии.

— И изображать из себя молодого человека? Ты же сам постоянно говорил мне, что мой обман вот-вот раскроется.