– Нет, мсье. После первой очереди нападавшие исчезли.

– Какие повреждения в системе насосов?

– Я не знаю. Я жду… а, погодите минутку, подошел мсье Легранд.

Через секунду в рации снова зазвучала французская речь:

– Говорит Легранд. Три человека с ожогами. Два иранца – с тяжелыми, третий – Пол Болье, ожоги кистей и предплечий. Немедленно вызовите вертолет для срочной эвакуации пострадавших. Я видел двух человек, направлявшихся к маленькой бухте. Вероятно, диверсанты. И у них, скорее всего, там лодка. Я собираю всех, чтобы посмотреть, кто отсутствует.

– Да, безотлагательно. Какие повреждения?

– Небольшие. Если повезет, управимся с ними за неделю и уж точно к прибытию следующего танкера.

– Я прибуду на берег сразу же, как только смогу. Погодите минутку! – Де Плесси оглянулся на остальных и передал им то, что услышал от Легранда.

Скраггер тут же предложил:

– Я заберу пострадавших, не нужно никого вызывать.

– Доставьте обожженных на борт, у нас есть операционная и врач. Очень опытный специалист, особенно по ожогам, – сказал Касиги.

– Хорошо, спасибо! – Скраггер бросился вниз.

Де Плесси повернулся к микрофону:

– С эвакуацией мы решим вопрос прямо отсюда. Положите людей на носилки. Капитан Скраггер немедленно доставит их на борт. Здесь есть врач.

Молодой японский офицер из палубной команды подошел и о чем-то коротко доложил капитану, тот покачал головой и ответил весьма резко, потом повернулся к де Плесси и объяснил по-английски:

– Эти три иранца, которые остались на борту, когда остальные на барже удрали, хотят, чтобы их немедленно доставили на берег. Я сказал, что они могут подождать. – Он наклонился к переговорному устройству с машинным отделением и распорядился начать подготовку к отплытию.

Касиги напряженно смотрел на остров. И на башни нефтехранилищ на нем. Мне нужна эта нефть, думал он, мне нужно, чтобы этот остров был в безопасности. Но он остается в опасности, и ничего из того, что я могу предпринять, не сделает его безопасным.

– Я отправляюсь на берег, – сообщил де Плесси и ушел.

Скраггер уже стоял рядом с 206-м, отпирая задние дверцы.

– Что ты делаешь, Скрэг? – спросил де Плесси, торопливо приближаясь.

– Я могу разместить носилки на заднем сиденье и закрепить их там, чтобы они не свалились. Так будет быстрее, чем возиться с наружными подвесными стропами.

– Я полечу с тобой.

– Запрыгивай! – Они обернулись, услышав шум за спиной. Три иранца подбежали к ним и принялись что-то возбужденно втолковывать. Было ясно, что они хотят полететь на берег в вертолете. – Возьмем их с собой, Скрэг?

Скраггер уже сидел в кабине пилота, исполняя пальцами польку на кнопках и тумблерах приборной доски.

– Нет, ты – дело срочное, они – нет. Залезай, старина. – Он ткнул пальцем в заднее сиденье и махнул рукой иранцам, чтобы те отошли. – На, аяле дарам. Нет, спешу, – сказал он, воспользовавшись одной из нескольких фраз, которые знал на фарси. Двое из них послушно отошли. Третий, Саид, проскользнул на заднее сиденье и начал пристегиваться. Скраггер отрицательно помотал головой и знаком показал ему, что он должен выйти. Иранец оставил все это без внимания, быстро протараторил что-то, натянуто улыбнулся и показал пальцем на берег.

Скраггер нетерпеливо повторил свой жест, уматывай, мол, нажимая пальцем на кнопку запуска двигателя.