— Проклятье! — выругался он и, развернувшись, помчался назад в отель.

Двойная дверь из красного дерева в номере Бегунка Йи оказалась незапертой. Самого Йи Симбал нашел лежащим с закрытыми глазами на зеленой софе в гостиной. Кожа на его плоском кантонском лице была белой как мел. Грудь его неровно трепетала.

Опустившись рядом с ним на колени, Симбал нащупал пульс.

— Досточтимый Йи, — промолвил он на кантонском диалекте, — с вами будет все в порядке. Я знаю, что это сделал Беннетт. Эдвард Мартин Беннетт. Почему?

Бегунок Йи открыл глаза, но Симбал, заглянув в них, понял, что пожилой китаец не видит ни его, ни комнаты, но лишь нечто происходящее в его воображении.

— Беннетту нужна была моя смерть, — тихо протянул Йи.

В его голосе слышалось страдание.

— Так же, как и смерть Алана Тюна?

—Да.

— Зачем?

Йи не ответил. Его глаза закатились от боли.

— Зачем, досточтимый Йи? Зачем Беннетту нужна была смерть ваша и Алана Тюна?

Китаец пробормотал нечто нечленораздельное, и Симбал в отчаянии громко переспросил:

—Что?

Йи повторил. На сей раз более ясно. Однако Тони показалось, что он ослышался.

— Оружие? — переспросил он. Не дождавшись ответа, он произнес еще более настойчиво. Вы сказали, оружие?

Веки Йи затрепетали.

— Я умираю, — хриплым гортанным голосом промолвил он. — Вы должны сообщить моим братьям.

— Да, да. Конечно.

— Я призываю всех богов в свидетели, — прошептал Йи. — Я проклинаю моего убийцу до шестнадцатого колена.

— Беннетт желал вашей смерти из-за оружия? — Симбал еще ближе придвинулся к китайцу, так что теперь их лица едва не соприкасались.

Он ясно чувствовал знакомый запах смерти, исходивший от Йи.

— Да, — губы Йи дрожали, точно от волнения. — Почему здесь так холодно?

— Оружие, досточтимый Йи?

— Это новое увлечение молодых. Беннетта, Мако и других.

— Кто эти другие?

Йи то терял сознание, то снова приходил в себя. Его глаза закрылись. Казалось, что он собирается с силами.

— Эти... вооружения... противопехотные гранаты... “Блэкмэн Т-93”... Мы получили приказ заняться их скупкой и переправкой. Однако дело не в деньгах. Они не предназначены для продажи.

— Тогда для чего же?

— Они поступают на склады.

— В Азии?

— В Азии, Южной Америке, Европе, Штатах... повсюду.

— Но для чего все это затеяно?

Розовый пузырь надулся между трясущихся губ Йи.

— Тюн был против. Я тоже. Нам бы следовало быть умнее. Но ведь это так опасно. Опасно для всего мира.

— А в чем эта опасность?

Симбал, понимая, что Йи может умереть в любую минуту, старался выжать из него максимум информации.

— Страшная, смертельная опасность.

— Что вы...

— Это оружие способно уничтожить весь мир. — Капли холодного пота катились по плоскому лицу Йи. Его кожа начала приобретать ужасный землистый оттенок. — Когда Беннетт...

Симбал ждал, затаив дыхание. Кровь бешено стучала у него в висках. Матерь Божья!— думал он. — Во что я ввязался?

—Когда Беннетт что?

— Беннетт — джинн, который отворяет дверь. Симбал не понял, что это значит.

— Куда он должен направиться?

— В Шань, — ответил Йи и, вздрогнув, добавил. — К истоку.