— У меня для вас новости, — проговорила Милли. — Нужно, чтобы мы поняли друг друга. На мистера Рюарка теперь рассчитывать не приходится. У него уже есть жена. Вы никогда бы и не подумали, что это не кто иной, как Шанна Бошан. И самое смешное, что она сама призналась мне в этом. Стало быть, она вовсе не вдова. Она миссис Джон Рюарк. — Милли замолчала, стараясь понять, какое впечатление произвело ее сообщение. — Да она стоит не больше меня. Спать с рабом! Я уверена, что ее отцу ничего не известно. И хочу сразу ему все рассказать. То-то он поднимет шум! А мать моя всегда ставила мне ее в пример! Ну и ладно. По крайней мере, мне не придется выходить замуж за раба. Не хочу я и моряка, который всегда в море. — Милли погладила руку своего собеседника. — Мне нужен мужчина, который будет всегда рядом, когда у меня разгорится кровь.

Тот хлестнул плеткой по голенищу сапога, но Милли не придала этому значения. Она улыбалась ему самой очаровательной из своих улыбок.

— Я ведь не из тех женщин, которые дарят свою любовь первому встречному, и уж во всяком случае, с этим будет покончено, когда ко мне вернетесь вы.

Собеседник Милли обнял ее и повел вниз по улице. На его лице появилась странная улыбка. Прижавшись к своему спутнику, девушка по-своему истолковала ее.

— Там, на берегу, я знаю одно укромное местечко, — прошептала она, похотливо глядя ему в глаза. — Оно хорошо укрыто от любопытных глаз, а на земле мягкий мох, на котором мне будет удобно лежать. — Эхо разнесло по темной улице ее короткий смешок.

Следующий день выдался ясным и холодным. Рюарка и Шанну разбудили первые лучи солнца. Поцеловав ее на прощание, Рюарк тихо прошел в свою комнату, побрился, оделся и прилег на кровать в ожидании пробуждения остальных обитателей большого дома. Ему было слышно, как Шанна ходит по комнате, но он отверг явившуюся было мысль вернуться к ней. Эргюс и так слишком донимала упреками свою хозяйку.

Рюарк встал, направился в маленькую столовую и налил себе кофе. Милан положил ему на тарелку мясо и подал овсяную лепешку. Едва Рюарк принялся за эту простую еду, как вошли, смеясь, Траерн с Шанной. Ее отец удивлялся перемене в дочери. В последние несколько недель она ходила розовощекая, веселая, и после бегства от пиратов в ней не осталось и следа от былой чопорности и заносчивости. Траерн радовался этому и не задавал никаких вопросов. Учуяв запах оладьев, сквайр, любитель поесть, поспешил занять свое место за столом, предоставив дочери возможность сесть рядом с Рюарком, чему тот очень обрадовался.

За окнами послышался цокот копыт, и почти сразу в комнату, потирая руки в предвкушении хорошего завтрака, ворвался Питни. Он бросил Джейсону свою шляпу и присоединился к сидевшим за столом. Встретившись с веселыми взглядами отца и дочери, он проворчал:

— Последнее время я стал замечать, что в моем доме слишком холодно. Или одинокому человеку всегда не хватает тепла? Кроме того, я закончил стол для мистера Данбара, который собирался зайти к мистеру Рюарку. Как видно, он хочет купить его мула.

Питни принял от Милана тарелку и принялся утолять свой аппетит. Все молча занялись едой. Когда Милан наливал Рюарку вторую чашку кофе, кто-то забарабанил во входную дверь. Джейсон ввел в столовую босоногого раба из деревни. При виде Траерна тот стал нервно мять в руках шляпу, поглядывая на Шанну, как если бы ее присутствие мешало ему говорить.

— Мистер… ох… ваша светлость… сквайр Траерн… — От волнения у него заплетался язык.

— Что, Хэнке? — нетерпеливо спросил Траерн.