Лида познакомила его с матерью и братом; повела умыться с дороги. Вскоре на столе появились бутылка, всяческие соленья, и все дружно уселись за стол праздновать встречу.

– Я ведь там с ног сбился, – охотно рассказывал Степан, разомлев от тепла и выпитого. – С утра и до поздней ночи – непрерывно в бегах. Приходя домой, валился замертво и тут же засыпал – не в силах был написать ни строчки.

– Какие же это у тебя были дела? – с осторожной настойчивостью поинтересовалась Анфиса Ивановна. – Лидочка здесь вся извелась.

– Я не снимаю с себя вины, но вы бы все поняли, если бы побывали в моей шкуре! Меня просто замотали бюрократы справками. – Степан досадливо поморщился. – Ни в какую не хотели давать двухкомнатную квартиру. Выручило то, что мне как ученому положена дополнительная площадь.

Бросив теплый взгляд на Лиду, продолжал оправдываться.

– Думаете, забыл о том, что обещал? Напрасно! Я собирался сразу же приехать, как только решится вопрос с квартирой. Но все время приходилось это откладывать. Вот почему ничего не сообщал – из-за неопределенности!

Не зная, что еще сказать в свою защиту, Степан умолк. Возникшее неловкое молчание разрядила Лида. Многозначительно глядя на мать и брата, мягко предложила:

– Может, хватит вопросов? Ты же устал с дороги, Степочка! Считай, что полностью оправдан. Пойдем, я уложу тебя отдохнуть.

Ничуть не стесняясь родных, она нежно обняла его за шею, прижавшись своей пышной грудью. Потом помогла подняться и повела в свою комнату.

Как только они остались одни, Степан стиснул Лиду в своих мощных объятиях. Она темпераментно ему ответила – соскучилась по мужской ласке.

– А как наш животик? – шепотом поинтересовался он, нетерпеливо запуская руку под распахнутый халатик. – Растет или еще рано?

– Растет, – не смущаясь, жарким шепотом лгала она, опуская его руку пониже и тесно прижимаясь. – А ты кого бы хотел: сына или дочь?

– Не знаю. Кого Бог пошлет, – неуверенно произнес он между поцелуями. – Во всяком случае, расти наше чадо будет в квартире со всеми удобствами! Я не сказал разве, что уже перевез туда вещи?

Эта замечательная новость так захватила воображение Лиды, что даже сдерживала ее чувственное томление. Ослабив объятия, она радостно восклицает:

– Степочка! Милый! Ты уже все это сделал? Просто не верится!

Гордясь проделанной огромной работой, он довольно повел плечами. Патетически воскликнул:

– Да! Все как в волшебной сказке. Как в чудесном сне! Но это, дорогая моя Лидочка, быль! Прощай, родное Замоскворечье! Прощай, родительский кров, где прошли детство и юность!

Догадавшись, о чем она порывается его спросить, весело сказал:

– Знаю, что тебе не терпится узнать. Где это? Что за квартира? Так вот, докладываю хозяюшке, – шутливо взял под козырек. – Район отдаленный, но зеленый и благоустроенный. Дом пятиэтажный, квартира из двух комнат. Все удобства, горячая вода. Санузел совмещенный, но что это после коммуналки?

Глядя на него сияющими от счастья глазами, Лида с несвойственной робостью спросила:

– Степочка, милый, а когда это можно будет увидеть? Хотя бы одним глазком! Умираю, как хочется!

– Да я же за тобой приехал, дуреха! Старался обустроить квартиру – чтобы там все было, что нужно для жизни. На новую мебель финансов не хватило, но ты ведь, – Степан бросил на нее ласковый взгляд, – и старью сумеешь придать новый блеск, не так ли? Наведешь красоту под стать хозяйке?

– О чем разговор? Конечно! Я так рада, милый! Так счастлива!

Лида бросилась целовать и обнимать его, не в силах сдержать бушующие эмоции.