– Ладно! Что толку много рассуждать? Я просто объяснила тебе, почему так хочу этого ребенка, – чтобы лучше поняла мое состояние, – уже более спокойно сказала Лида, сумев взять себя в руки. – Вот рожу его, и все у нас со Степой будет в порядке! Забудет наконец проклятую Верку! Ну двинемся в путь! Что нужно, у меня уже собрано.

– Да, действительно пора! И не вздумай больше волноваться! Сама знаешь: в твоем положении это вредно, – поддерживала ее подруга. – Такси я не заказала, потому что поймать сейчас частника не проблема!

Одевшись и захватив с собой все необходимое, Жанна с Лидой закрыли квартиру и пошли ловить попутную машину.

Уже лежа в больнице, узнала Лида о неудаче Степана с защитой диссертации. Он ей рассказал об этом, ничего не скрывая.

– Работа у меня, конечно, не без недостатков, но завалили меня не из-за них, а потому, что против меня выступила жена нашего заведующего кафедрой. Она тоже член ученого совета, а муж – его председатель. Вот я и не добрал голосов! Теперь, по сути, придется все начинать сызнова. Но я, Лидок, не сдамся!

– Это не та ли дама, с которой я тебя видела в театре? Важная такая гусыня, – припомнила Лида. – Я тогда сразу поняла, что она твоя любовница. Значит, теперь старуха тебе отомстила?

Степан угрюмо молчал – врать ему не хотелось и обсуждать прошлое тоже.

– Не простила, выходит, что ее бросил и на мне женился. Ну что ж – как женщина я ее понимаю, – довольно спокойно заключила Лида и с неожиданной теплотой утешила мужа: – Ничего, Степочка, не унывай! Все говорят: ты очень талантливый! Прорвешься!

– Но мне теперь с кафедры придется уйти, – удрученно признался Степан. – Ведь все понимают, в чем дело. Старый профессор закрывал глаза на измены жены, однако, чтобы замять этот скандал, поспешит от меня избавиться.

Он уныло помолчал и объявил:

– Я решил, Лидок, временно устроиться на работу учителем в школу. А там – посмотрим!

– Ну и правильно, Степочка! Главное – не унывай, – поддерживает его Лида. – Ведь и я пойду работать, когда рожу и немного оправлюсь. Проживем – как все люди. А ты еще защитишься!

– Спасибо тебе на добром слове, – благодарно поцеловал ее Степан. – Ты права, все у нас будет в порядке.

Однако продолжал хмуриться, и Лида догадалась:

– Какие-то еще неприятности?

– Да так, это уже мелочь... по сравнению с незащитой, – мялся он. – Знаешь, кого я встретил, когда уходил из института? Федора Тимофеевича!

– Выходит, он снова в Москве? – насторожилась Лида. – Там у наших что-то стряслось?

Степан отрицательно качает головой.

– Нет, дома у вас все в порядке. Федор Тимофеевич кое-что сообщил мне о Вере, всколыхнул старое, – честно признался он, – то, что хотелось бы забыть...

– И что же такое интересное ты о ней узнал? – с деланным безразличием спросила Лида, хотя ее душу вновь захлестнула волна ревности и злобы.

Но Степан колебался, говорить ли жене то, что сообщил ему при встрече Федор Тимофеевич. «Если узнает, что Вера с мужем живут в Москве – вновь примется меня к ней ревновать», – резонно опасался он и решил сказать ей лишь часть правды:

– А они с мужем уже не живут в райцентре. Его перевели на другую работу – повысили вроде. Да еще – дочка у них родилась.