Алексей снял пиджак, повесил на стул, достал из холодильника бутылку водки и, поставив перед собой фотографию невесты в рамочке, сел праздновать.

Надолго его не хватило. После третьей рюмки он заснул за столом.

12

Расследование велось без выходных дней. Прибывший из Краснодара «важняк» оказался очень активным парнем. Блохин не привык к таким темпам, он действовал неторопливо, с оглядкой, но успевал немало за рабочий день. Вербицкий ему показался слишком суетливым. К тому же он повторял то, что уже сделали до его приезда, словно не доверял опытным людям, съевшим собаку на преступлениях всех мастей.

В девять часов утра подняли на ноги хозяина гаража. Баженов с укором посмотрел на Блохина, стоящего за спиной незнакомого парня с ямочкой на подбородке. Подполковник поджал нижнюю губу и кивнул, мол, что я могу сделать.

— Я скоро наизусть выучу ваши вопросы и свои ответы, — проворчал Петр.

Он стоял на пороге и не собирался приглашать незваных гостей в дом.

— Мы можем уйти и вызвать вас повесткой. Никаких проблем, — спокойно сказал следователь.

— Нет уж, спрашивайте.

— Вы — начальник, Угрюмов — подчиненный, но приказывать ему в девять вечера выполнять какую-либо работу не совсем этично. Вы так не считаете?

— Я? Я приказываю? У нас Лешка командир. Что он скажет, то мы и делаем. И я тоже. Я ему доложил обстановку, а он мог ехать, а мог и не ехать. Чихать я хотел на Юрку, пусть так и валялся бы там до утра, самосвал все равно не украли бы. У нас в городе люди машины даже не запирают. Дорога-то только одна, куда денешься на угнанной?

Вербицкий глянул на Блохина, и тот кивнул в знак согласия.

— Если бы у Алексея были другие планы, он поехал бы?

— А у него и были другие планы. Моя дочь пригласила его на свое двадцатилетие. Он обещал приехать. Лешка свое слово держит. Юлька очень расстроилась, что мы без него приехали, Юрку по матушке обругала. Этот хмырь никому жизни не дает.

— А где вы отмечали день рождения?

— В ресторане «Посейдон» на набережной. Он под открытым небом, у самой воды.

— И много было гостей?

— Не считал. Порядком. Человек сорок, а то и больше. Гудели до утра.

— Хорошая дата, стоит того. Вы уехали из гаража без пятнадцати девять?

— Да. Или минут на пять раньше. Леха ждал меня уже принарядившись. Свой знаменитый миланский пиджак надел.

— А пуговицы все на месте были? — спросил Блохин.

— Издеваетесь, что ли? Еще про цвет носков спроси.

— Ладно. Извините за беспокойство. Отдыхайте.

Сыщики вышли на улицу.

— Куда теперь? — спросил Блохин.

— В больницу.

Сели в машину, тронулись. Помолчали.

— А у Алексея было алиби — вечер, проведенный среди подвыпившей толпы. Но исчезни он на час из поля зрения, никто не заметил бы.

— Опять вы за свое, Илья Алексеич. Не вписывается Лешка в эту историю. Ну никак. Тут и к гадалке не ходи.

Вербицкий его не слышал.

— Чертово копыто тоже на берегу моря. Далеко от ресторана?

— Минут двадцать ходьбы. Рядом. Но Угрюмова не было в ресторане, Баженов поломал ему все планы, послав в другой конец города.

— Город! Его за час пешком обойдешь. Я никак не могу понять логику задержанной. На что она рассчитывает? Уперлась и стоит на своем. В девять вечера ушла с работы, села в машину, приехала домой и легла спать. Все! Точка! Она же знала, что машина битая. Логичнее соврать. Да, ездила в ресторан «Таврида» к Чертову копыту, хотела купить билеты на сеанс.