Выйдя с ограждённой территории, мы оказались на оживленной улице, по которой в четыре ряда сновали машины, а по тротуарам спешили люди. Высокие дома в какое-то бешеное количество этажей жались так близко друг к другу, что казалось, ткни крайний, и все посыпятся как домино. Повсюду мигала реклама, — яркая даже днём, блестели витрины магазинов, а насаженные под окнами клумбы обдавали резкими цветочными ароматами. Прямо сказка, а не город, особенно в сравнении с тем местом где я ещё не так давно находился.

Нет, не скажу что испугался, но и комфорта особого не испытал. Повсюду мерещились аномалии, и если бы не подталкивающие в спину товарищи, двигались бы мы на порядок медленнее. Хорошо ещё что шли по этому хаосу недолго, и вскоре уже свернули в какой-то относительно тихий переулок.

Медленно переставляя ноги, я постоянно осматривался, окружающая действительность оказалась настолько необычной, что всё казалось ненастоящим. Но как бы не было интересно, а идти было всё тяжелее, десять минут в итоге превратились в час, и то последние метры меня уже дотаскивали, передвигаться самостоятельно моё новое тело категорически не хотело.

Дом, перед которым мы остановились, резко выделялся, в первую очередь, размерами. Слева и справа высотки, а он совсем мелкий, всего-то в два этажа.

— Тут я живу? — с интересом разглядывая окна здания, я пытался отгадать «свои».

— Именно. — хором подтвердили мои спутники.

Небольшой заржавелый заборчик, ухоженные, но как-то аляповато, клумбы и обшарпанные стены жилища резко контрастировали с блестящей роскошью соседних зданий, но квартира в таком домике должна была стоить приличных денег, ведь если мои экскурсоводы не соврали, — это самый центр города.

— Здравствуйте, Мария Афанасьевна! Аркадию плохо стало на перемене, упал, спать сильно хочет. — Сказала девушка открывшей двери женщине. Матери? Но тогда сколько ей лет? На вид слегка за тридцать, невысокая, собранные в тугой хвост темные волосы, глаза добрые, чуть миндалевидные, брови тонкие, явно рисованные, но в общем, довольно приятная мадам, во всяком случае отторжения не вызывает. Пусть ей даже тридцать пять, минус восемнадцать — свой возраст я пока не знал, но, судя по всему, около того, выходит, когда она родила, ей было семнадцать. Так что, эта приятная женщина, на самом деле может быть и матерью. Хотя…

Вот кучу прояснил всякого, но про то с кем живу, не выяснил, поэтому буду молчать.

— Спасибо Ирочка, зайдёте? — улыбнулась хозяйка.

— Нет, в другой раз, у нас уроки ещё, мы пойдём. — ответила Ирина, и подтолкнув меня вперёд, сошла со ступеней.

А я же, оказавшись внутри, опешил.

Огромный холл, или зал — не знаю как назвать это великолепие, впечатлял. Нет, не роскошью, с этим как раз было туго, а своими размерами. Прямо не квартира, а дворец. Потолки метров семь, высоченные окна, колонны вдоль стен, лепнина повсюду. Мебели, правда, почти нету, но так даже лучше, больше места и свободнее.

— Что у вас случилось? Подрался? — внимательно глядя на меня, спросила женщина.

— Нет, упал в туалете. На кафеле подскользнулся… Спать хочется, голова болит и кружится… — со вздохом сообщил я, и отказавшись от еды, попросил довести до кровати.

— Конечно-конечно! — засуетилась та, — обопрись на меня, и пойдём. — Вижу ты что-то совсем плохо выглядишь… Может врача?

От врача я отказался, и кое-как поднявшись на второй этаж, вырубился на кровати одной из многочисленных комнат.

Спал без снов, и когда проснулся, на улице было темно.

Привычно полежал немного, пошевелил конечностями, похрустел шеей, и убедившись что всё в порядке, поднялся.