– Отлежатся?

– Не дотерпел. – Крадир смущенно улыбнулся. – И к лучшему: потом оказалось, что перелом.

Я сочувственно покивала.

– Не умеешь кататься, так и нечего было. Да еще в метель, – буркнул Терлест.

– Ладно-ладно, не изображай из себя зануду, – фыркнул Крадир. – Можно подумать, сам там ни разу не бывал!

Терлест пожал плечами, будто говоря: «Бывал – не бывал, какая разница? Речь-то не обо мне!»

– Думая я, думал и решил отправиться к Задрасу, – продолжил его брат. – Он был жрецом какого-то вашего бога, – подмигнул мне Крадир, – да не простым, а торжественно давшим обет молчания.

Вьорк постарался было придать себе грозный вид, но не выдержал и расхохотался:

– Ну, хитрец…

– А лечить-то он умел? – недоверчиво поинтересовался Тиро. – Или главное было, чтобы королю не рассказал?

– За день все как рукой сняло! – Крадир даже притопнул ногой.

– Если бы ты пошел к травнику, за день бы и он управился. А если бы догадался попросить его молчать, тот тоже никому не сказал бы, – проворчал Терлест. – Между прочим, пол-Брайгена узнало, что ты был у этого жреца!

– Главное – не узнали зачем. А что, кстати, в этом плохого? – невинно поинтересовался Крадир.

– Сам помнишь – что. Отец тогда только-только разрешил им у нас селиться. Забыл, сколько тогда шарлатанов понабежало? А тут ты им помог: как же, сам сын короля лечится у человечьего жреца! Нечего было так открыто людей поддерживать, вот что! – Терлест покосился на меня. – Простите, Фиона, к вам это, понятно, не относится.

Мы до сих пор никак не могли перейти на «ты», отчего наши беседы всегда были какими-то выспренними.

– Ну, ты не прав, – вмешался Вьорк. – Если бы Крадир не пошел тогда к Задрасу, может, жрецов у нас так и не приняли бы.

– И прекрасно, – прокомментировал Терлест. – Между прочим, до недавнего времени ни один гном в своем уме не стал бы обращаться за помощью к чужим божествам и их приспешникам. А сейчас – то к Лиз бежим, то к Сориделю, то к Биримбе…

Кажется, он все же понял, что дал маху, и сконфуженно замолчал.

– Обычаи старины, – с тяжелым вздохом произнес король, – я ценю не меньше твоего. Но если ничему не учиться, никого не пускать в свой дом, ничего не видеть вокруг себя, толку будет мало.

Терлест насупился.

– Единственное, что меня успокаивает, – то, что ты не склонен принимать решения, тщательно их не обдумав, – смягчил свои слова Вьорк. Но я чувствовала его напряжение.

Во время этой не самой приятной беседы мне пришла в голову одна мысль. После завтрака я с самым невинным видом поинтересовалась:

– Терлест, не уделите ли вы мне несколько минут?

Он внимательно посмотрел на меня.

– Если только прямо сейчас, королева, – осторожно ответил он.

– Хочу рассказать вам притчу. – Я опустилась на стул, галантно придвинутый Терлестом. Щиты ждали за дверью: я шепнула Тиро, что хочу поговорить без свидетелей.

– Внимательно слушаю.

– Только, пожалуйста, не воспринимайте это как намек. Просто… – я вздохнула, – люди все разные, есть и хорошие, и плохие… Разве в Хорверке не так?

– В Хорверке гномы, – тут же поставил меня на место Терлест.