– И отправляет меня с глаз долой.

– Прости, но я вынужден. Никто лучше тебя не сделает эту работу. Даже Клоч. Сделай это для меня, Мири, и я приведу тебя на престол…Почему ты смеешься?

– Ты ведешь себя, как мальчишка. Обслюнявил мне всю шею. Что с тобой?

– Я не могу с собой совладать. Ты в этих доспехах меня безумно возбуждаешь. Пойдем, займемся напоследок любовью. На дорожку. Хочу, чтобы ты вспоминала мои ласки по пути в Гойлон.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

ЧЕШУЯ ДРАКОНА

Далекий удар сигнального колокола на сторожевой башне возвестил о наступлении полуночи. Ларин откинулся на спинку кресла, похрустел костяшками пальцев – с недавних пор артроз стал все чаще напоминать о себе. И глаза видят все хуже и хуже. Что ж, от старости никуда не денешься. Остается надеяться, что боги окажутся к нему милосердны, и смерть придет за ним до того, как он превратится в беспомощную развалину.

Во входную дверь тихонько постучали. Вначале Ларин подумал, что это ему померещилось, но несколько секунд спустя стук повторился – уже более громкий и настойчивый. Гадая, кого это принесло к нему в такой поздний час, Ларин кряхтя поднялся с кресла и шаркающей стариковской походкой пошел открывать дверь.

На пороге стоял молодой айджи в темном плаще с капюшоном. Ларин сощурил подслеповатые глаза, пытаясь в полумраке разглядеть лицо гостя.

– Господин! – воскликнул он изумленно. – Ты?

– Добрый вечер, Ларин. Можно мне войти?

– Господин, ты еще спрашиваешь? – Старик засуетился, отступил в сторону, открывая гостю дорогу. – Твой визит – честь для меня. Входи же!

Незнакомец вошел в дом, снял плащ и повесил его на крючок у двери. Ларин повел гостя в свой кабинет, достал из шкафчика бутылку старого сабейского нектара и две глиняные пиалы.

– В твоем доме все по-прежнему, – гость с благодарным кивком принял из рук старика чашу с вином. – Постоянство мудреца во всем. И, как и прежде, ты работаешь за полночь.

– У сабеев есть поговорка: "Времена меняются, и мы меняемся вместе с ними". Сабеи ошибаются. Человек не меняется. Он либо приспосабливается к миру, либо отрицает его. Тот мир, который я вижу за окнами, не мой мир. Моя вселенная – это мой дом. Только вот работать по ночам стало легче, чем в молодости. Спасибо бессоннице.

– Хотел бы я последовать твоему примеру, – гость сделал глоток вина. – Но порой приходится забыть о мудрости и окунуться в грязные дела этого мира.

– Ты пришел по делу, господин?

– Прости, что побеспокоил тебя. Я и в самом деле нуждаюсь в помощи.

– Тебе нужна моя помощь? С каких это пор боги стали обращаться за помощью к простым смертным?

– С тех самых, когда они утратили свою божественную силу и бессмертие, Ларин. А еще если им нужен совет настоящего мудреца.

– Благодарю за лестные слова. Еще вина?

– Пожалуй, – гость протянул чашу Ларину. – Меня интересует Чешуя Дракона.

– Думаю, я немногим смогу тебе помочь. Я знаю только то, что написано об этом артефакте в старых санджийских трактатах.

– Это и я знаю. Я подумал, что ты, возможно, знаешь какие-нибудь старинные легенды, связанные с Чешуей.

– Народные суеверия? Ничего интересного, – старик покачал головой. – Говорят, что впервые Чешуя Дракона упоминается в древнейших хрониках времен войн с фамарами. Будто бы сам Аричи, Великий Грозовой Дракон и прародитель санджи, принял обличье кузнеца и изготовил для императора Химу доспехи из своей чешуи. Только благодаря магической силе этих доспехов, Химу удалось в решающем сражении разгромить фамаров и уничтожить Великую Ложу фамарских колдунов.