— Гриммаров? А кто это рядом с тобой⁈

— Люди, хорошие люди. Уговорившие меня не устраивать немедленную казнь.

— Куда мы направимся?

— На Боргос!

— А там что?

— А там, товарищи душегубы и разбойнички, вы преступите к трудотерапии…

Меня опять перебили.

— Рабский труд⁈ Отправите нас в Налым⁈

— Почему рабский? Самый что ни на есть благородный!

— Мы не можем жить в забое! Мы люди моря!

— Вот! И я о том же! Тот, кто проявит себя хорошо, тот вернется к морю. Мы расширяем торговый флот и нам нужны моряки!

— Мы за тобой не пойдем! — вперед вышел бородатый мужик в вышитом золотом камзоле, — ищи себе рабов в другом месте! Пусть в пыли ковыряются твои людишки! Мы свободный народ, мы никогда не будем пахнуть улакским навозом…

Я кивнул, тренькнули арбалеты. Утыканный стрелами мужик рухнул на настил пристани.

— Кто это был? Наверное, один из ваших капитанов? Он решает вашу судьбу? Знаете, что аткое свобода? Это когда вы сами решаете, что вам делать. На Боргосе вилане свободны…

— Ага, конечно же свободны!

— И живут в нормальных домах, а не висят на скалах! Сколько у вас людей убилось, просто идя друг к другу в гости⁈

Мой вопрос повис без ответа, пираты сами понимали, что живут отнюдь не в райских условиях.

— Мы вас нашли, значит и флот георга рано или поздно найдет. Только они с вами разговаривать не будут, камень нашею и в воду — вот что вас ждет.

— А если ты нас обманешь?

— Зачем мне это? Я вас в море могу смыть в любую секунду! — сказал я, а умничка Астрис качнув руками, заставила вздрогнуть водяной вал.

Все-таки правильной речью и нависшим над головой цунами, можно добиться большего, чем просто правильной речью. Да и направленные в толпу арбалеты прибавили морскому люду решимости. Решимости сдаться. К кораблю потянулись первые люди, я заметил, что большинство из них семейные.

— Спустить трап! — скомандовал Рябой.

— Всех обыскивать, руки не вязать, — распорядился я, — продержим взаперти до Отверна. Оттуда отправим до Стальгорска.

Вечно удерживать волну от падения Астрис не могла, нависшее над берегом цунами тихонько сошло на нет, не причинив людям и зданиям никакого вреда. Но в напряжении морских людей держать все равно надо было, по количеству они наш экипаж превосходили как минимум вдвое, а то и втрое.

Чтобы контролировать процесс погрузки, мы с Киваром и пятеркой казаков спустились по трапу на причал. Каменного адмирала пираты боялись до жути, народ пытался обойти эту живую статую стороной.

— А можно мы за вещами вернемся? — спросила меня подходящая к трапу женщина. Она держала за руку девочку с замызганным личиком.

Позволять пиратам разбредаться по домам было нельзя. Как только они окажутся вне зоны обстрела из арбалетов, у них в голове начнут всякие нехорошие мысли рождаться. Но, с другой стороны, зачем людей на ровном месте лишать их нажитого нелегким разбойничьим ремеслом? Нам же все равно придется обеспечивать новых работников Стальгорска всем необходимым.

— Ваши вещи мы погрузим на второй корабль. Оружие изымем, а все остальное получите по прибытии на место.

— Спасибо! — поблагодарила меня женщина.

— За что ты его благодаришь⁈ — стоявший позади женщины мужик с кожаной повязкой на левом глазе схватил ее за плечо и притянул к себе.

Все-таки надо было их обыскивать до погрузки на корабль. Одноглазый выхватил кинжал и прижал его к шее несчастной женщины.

— Назад! Все назад! Я ее убью! — заорал мужик.

На него двинулся Кивар, мужик аж присел от страха, но нож не бросил.

— Кивар стой! — притормозил я адмирала, видя, как лезвие кинжала вдавливается в шею женщины.