Дом, в котором жил полковник Зубриков, находился тут же в поселке рядом с колонией. Всего-то каких-то триста метров. Это было удобно. В случаи необходимости и разного рода ситуаций, которые иногда возникали. Это расстояние можно было пройти пешком, но начальник колонии предпочитал проехать его на машине. Так солидней. Да и окружающих это вызывает уважение.

Вот и сейчас попрощавшись с дежурным офицером, полковник вышел из подъезда административного здания и направился к стоявшему недалеко «Уазику». Водитель, молодой солдатик разоспался и даже не услышал, как хозяин сел рядом.

Зубриков небрежно толкнул солдата в бок.

– Хватит спать.

Солдат очумело захлопал глазами.

– Извините, товарищ полковник. Это я только сейчас.

– Поехали, – сказал Зубриков, закрывая дверь.

Дорога до его дома заняла не более трех минут езды. Полковник жил в двухэтажном коттедже, места в котором бы вполне хватило на десятерых. Любой из здесь живущих посчитал житье в таких хоромах за счастье. И даже многие гости приезжавшие в колонию с проверками, в глубине души завидовали Зубрикову. Живет он тут как у Христа за пазухой. Грех на что-либо жаловаться. А полковник никогда и не жаловался и не ныл, за что снискал уважение у начальства.

– Завтра приедешь за мной часиков в шесть, – сказал полковник солдату. Тот коротко ответил:

– Есть. – Хотя и слегка удивился. Неужели опять какая-то проверка к ним должна нагрянуть, потому что в такие дни он за хозяином заезжал не раньше семи часов. Но с расспросами водитель лезть не стал, чтобы не вызвать гнев начальника. Ни его это дело. Видел, что настроение у зубра и так не самое лучшее, хотя и под хмельком он.

Глянув на замелькавшие в темноте красные огоньки удаляющегося «Уазика», полковник нашарил в кармане ключи и направился к двери. Но отпереть замок не успел. Резко, словно кошка бросившаяся на мышь, из-за угла навстречу Зубрикову выскочил человек. Полковник от неожиданности вздрогнул, хотел что-то сказать, но человек нанес ему в живот довольно сильный удар, от которого Зубрикова согнуло пополам.

А человек взял из его руки ключи, отпер дверь и ухватив скорчившегося полковника за ворот форменного пальто, заволок его в дом, швырнув на пол. Запер дверь. Нашарив выключатель, включил в большом и просторном коридоре свет.

– Ты?! – не поверил своим глазам Зубриков, увидев московского капитана.

Стас взял стул, поднес его к сидевшему на полу Зубру. Сел.

– Я, – ответил с улыбкой, словно она предназначалась не строгому полковнику, начальнику колонии, а очаровательной девушке, к которой Стас заявился на долгожданное свидание.

– Ты же вроде собирался улетать в свою Москву, – произнес полковник, сверля Кручинина ненавистным взглядом и удивляясь его прыти.

– Все правильно, – кивнул капитан все с той же улыбкой, которой словно намеревался очаровать полковника Зубрикова. Но не получилось. Зубр выглядел мрачным и смотрел на молодого наглеца набыченным взглядом.

– Н…да, – Зубр обиженно поджал губы. Такого он не ожидал.

А Стас проговорил весело:

– Разве я для этого проделал такой путь, чтобы потрепаться в вашем кабинете и улететь. Мне так сказать, захотелось неформального общения. Еще раз встретится с вами.

– И для этого ты как вор пробрался в мой дом? Неужели у вас там в Москве так принято? Лично у нас за такие дела, можно и пулю схлопотать, – заметил полковник, на что сам Кручинин беззаботно махнул рукой.