– Зачем вы так? – вступилась Наташа за Кручинина и хотела подбежать, чтобы помочь ему подняться, но Марат попридержал ее за руку, оставив стоять на месте. – Ему же больно.

Зубриков улыбался. По его чересчур самодовольному лицу не трудно было догадаться, что полковник получил неописуемое удовольствие. И чтобы окончательно утвердиться в этом, готов нанести Кручинину еще пару ударов.

– Ты думаешь мне было не больно, когда он меня колотил? – ответил Зубриков Наташе, и вместо двух ударов, нанес Кручинину один. Зато какой. Точно ногой по печени.

Стас стиснул зубы до скрежета, но на этот раз стона не последовало, что в некоторой степени огорчило Зубрикова. Ему нравилось доставлять боль этому человеку. Но бить он больше не стал.

Заметив в конце сквера женщину с откормленным ротвейлером на поводке, Зубриков сел на скамейку. Стас так и остался сидеть на корточках.

Женщина прошла мимо, покосившись на Кручинина. Зубриков сидел как ни в чем не бывало с невозмутимым выражением лица. Выглядел он более чем солидно. На нем был светлый шикарный костюм и рубашка розового цвета. Разве такого господина можно заподозрить в чем-то нехорошем. А того человека, сидящего возле скамейки на корточках, хозяйка ротвейлера приняла за не совсем трезвого. Тут в сквере таких полно.

Стоящие в сторонке красавец брюнет с девушкой и вовсе вызвали в ней непонятку. Женщина посмотрела на них. Что-то ей подсказывало убраться отсюда поскорее и она перейдя на другую дорожку поспешила скрыться.

Увидев, что больше им никто не мешает, Зубриков сказал:

– Багрова передала, что ты хочешь со мной поговорить? – Говоря это полковник не забывал поглядывать вокруг.

На выходе из сквера в черной «Ауди» их дожидалась Анастасия с телефоном в руках. Если что-то пошло бы не так, она быстро наберет номер, и тогда ребенку капитана будет конец. Так ей велел Зубриков. Но пока вроде все шло нормально. И ничего подозрительного Анастасия не замечала. Была тут одна тетка с кобелем, но она ушла.

– Я готов выслушать тебя, – сказал Зубриков.

Стас сделал несколько глубоких вдохов, прежде чем смог сказать что-либо. Перед этим попросил, чтобы разговор происходил только между ними, без Марата.

– Вы же понимаете, как я рискую. Я иду на должностное преступление. И не хочу, чтобы детали нашего разговора услышал еще кто-нибудь, – кивнул Стас на стоящего в сторонке Марата. – К тому же в отличие от вас, я не очень-то доверяю вашему человеку, – сказал Кручинин, стараясь из ответа Зубрикова понять, как тот сам относится к Марату и думая о том, что неплохо бы настроить одного против другого. Такой прием хорошо известен среди агентов законспирированных в преступную среду. И если сейчас Зубриков согласится и велит майору отойти, то стало быть Стас рассчитал все правильно.

Полковник глянул на Кручинина потом на Марата.

– Марат отойди и ее с собой прихвати, – кивнул он на стоящую рядом с майором Наташу Багрову.

Сейчас Наташа напоминала безвольное и безропотное существо, готовое подчиниться любому приказу хозяина. Она даже не поднимала глаз на Кручинина, сколько тот не пытался встретиться с ней взглядом.

– Знаешь, я вообще-то мог бы обойтись и без тебя, – сказал Зубриков Стасу, – Но твоя девчонка так просила за тебя, что я уступил. Поэтому давай сразу к делу, – предложил он и тут же спросил. – И так, чем ты можешь быть мне полезен?

41

Если бы Мордовцев в этот момент заглянул Наташе в лицо, он бы решил, что ей плохо и она вот-вот умрет. И даже прибытие «скорой» уже не сможет воскресить ее к жизни.

Услышав звонок, Наташа подошла к двери.