— Это очень вкусно, Пьер, — отвечаю я, но стараюсь избегать его напряженного взгляда.

Смотрю на персонал и вижу, что Кэтрин с Джастиной отвернулись, хотя наблюдали за мной, когда я пробовала.

Какого черта только что произошло?

Гастрономическое порно в лучшем его виде с чертовски сексуальным французским шеф-поваром.

Хм… это странно.

Остаток собрания проходит очень медленно. Пьер говорит, но продолжает смотреть на меня. Все остальные в комнате поворачивают головы, будто смотрят теннисный матч. Они смотрят на него, когда он говорит, а затем быстро поворачивают голову влево, чтобы увидеть, каков будет мой ответ. Хоть и замечаю это периферийным зрением, я стараюсь держать себя в руках и оставаться профессионалом.

Когда Пьер и Эрик уходят, взгляд Ангуса довольно легко интерпретировать как смертельный и раздраженно-злой.

Он выходит вскоре после Пьера, и я остаюсь с оставшимся персоналом один на один в комнате.

— Боже, думаю, мне нужно пойти домой и сменить трусики, — выпаливает Кэтрин, разрушая напряжение в комнате. — Что происходит между вами двумя? — спрашивает она.

— Черт возьми, это было самое сексуальное, что я когда-либо видела. Это был мой личный порноканал. Кто знал, что Пьер может быть таким сексуальным? А как он кормил тебя? Клянусь, Холли, мне пришлось сжимать бедра, когда он отвел твои руки и кормил тебя. Я даже услышала, как Эндрю простонал, — говорит Мэдди.

— Не правда, — отвечает Эндрю, хотя кончики его ушей краснеют.

— Мы все сделали то же самое, кроме Ангуса. Он выглядел взбешенным. Но, черт, девочка, я пойду домой и позабочусь о себе с этим образом в голове. Что происходит между вами двумя? — спрашивает Мэдди, одновременно обмахивая себя и притворяясь, что задыхается и горит.

— Ничего, — честно отвечаю я. Или почти честно.

— Я буду представлять это так часто, как только можно. Ты видела, как он кормил тебя? Боже мой, могу только представить, как он будет смаковать твое тело в постели, — говорит Кэтрин.

Я не могу сдержаться и усмехаюсь.

— Жаль вас разочаровывать, но ничего не происходит между мной и Пьером. — Я встаю и провожу руками по бедрам, чтобы разгладить юбку. — Если вы все пойдете на свои места, то мы откроемся, и это будет тяжелый вечер.

Они стонали, пока вставали. Я ничего им не сказала и заставила пойти работать.

Пока я иду за ними из комнаты персонала, прохожу мимо кухни и замечаю Пьера, готовящего что-то в большой кастрюле. Возле него стоит коробка с магазинным покупным куриным бульоном. Я останавливаюсь, когда он поднимает ее и наливает в кастрюлю.

Повернувшись, захожу на кухню и смотрю, как Пьер продолжает готовить. Он поднимает голову, видит меня и улыбается, а потом подмигивает.

— Пьер, могу я задать тебе вопрос?

— Oui, — говорит он, глядя в кастрюлю.

— Это магазинный бульон?

— Oui, — отвечает он.

Я ничего не говорю, но чувствую, как мои губы изгибаются, а брови приподнимаются от неверия.

Пьер смотрит вверх, потом вниз, потом сразу же обратно на меня.

— А что? — спрашивает он, переставая мешать.

— А то, что ты шеф, когда-то получивший звезду Мишлен, а теперь ты используешь полуфабрикаты.

— Oui! — он кричит и обратно становится Мистером Высокомерная Задница.

— То есть, ты говоришь мне, что не знаешь, как приготовить бульон?

— Non! У меня просто нет времени приготовить его.

— Хм-м, — говорю я, затем пожимаю плечами и поворачиваюсь, чтобы уйти.